Сказание о двух мирах. Книга вторая

– Что!? Это всего лишь продолжение первой части фразы на вывеске. Это все же все знают!

Полуэльф на самом деле уже слышал всю эту фразу краем уха, но никак не мог вспомнить, где именно. Ладно, не важно.

Пройдя по коридору, они вошли в просторный зал, где у огромного стеклянного аквариума уже толпилась куча народу.

Экскурсовод сейчас как-раз начинал свою речь: «А вот здесь, за стеклом у нас гордость нашей экспозиции и самый ее ценный артефакт. Та самая легендарная плита из мифрила, выкованная самим аватаром Павшего Бога еще до раскола миров.

Именно в ней изложены суть и этические нормы этого ордена. Давайте подробно пройдемся по каждому из пяти пунктов».

Он на пару секунд замолчал, видимо морально готовился, а Галатару, тем временем, удалось немного протиснуться через толпу и поближе подойти к плите. Впечатляет! За столько тысяч лет мифрил даже не потускнел, как будто его только что вынули из печи и остудили. А размеры! Это что-то! Такой огромный слиток, украшенный рунными письменами, размером около 3-х метров в высоту и 2-х в ширину наверняка стоит кучу денег, не говоря уже об исторической ценности.

Но все самое интересное, и в то же время пугающее, было то, что от этой скрижали исходила какая-то неведомая сила. Даже находясь там, за стеклом, она продолжала излучать особую энергию.

Тем временем экскурсовод громким голосом начал разбор: «Итак! Первая заповедь: «Я есть единственный Бог, и нет более никого другого достойного поклонения, все живые существа должны познать мою силу или сгинуть».

Здесь я думаю, итак, все понятно — наш друг не оставляет нам никакой альтернативы».

В зале послышались смешки.

«Вторая заповедь: «Для моих последователей нет ни отца, ни брата, ни жены, ни детей, ни друзей. Отрекитесь от всех, кто отказывается следовать за мной, а если они зло против меня замышляют — убей их!» – Экскурсовод грустно вздохнул. – В принципе, для деструктивного культа ничего удивительного, разорвать связь с родственниками и друзьями, один из главных принципов всех сект.

Третья заповедь: «В единении наша сила, каждый, кто присягнет мне, почувствует мою мощь и каждого после смерти я доведу до ворот царствия моего». Тут мы видим, как ловко он подменяет функции старого бога смерти Таоса, при этом ничего не требуя от своих последователей, кроме поклонения. Так, скажем, предлагает свои услуги по более выгодной ставке».

В зале снова послышались смешки, все-таки этот человек умел заинтересовать толпу своими острыми комментариям.