Призраки пандемии

»- думал Илья. Вот и объяснение подозрительности этого мужичка. Конечно, какой идиот отправится за много десятков километров со спортивной сумкой.

— Мне, сын мой, положено довольствоваться тем, что имею и что подадут. Сумку подали — с тем и иду. — с достоинством проговорил священник.

— А друзья-то ваши, немые что ли? — продолжая лукаво глядеть на отца Сергия спросил мужик.

— Илья. — хрипло произнес Громадин. Прокашлялся. — Илья. А это сын мой Тимофей. Он и правда немой.

Тимофей кивнул и улыбнулся мужчине.

— Прощения прошу, обидеть не хотел.

— мужчина потупился. — Пойдемте. Сейчас на стол соберу, поужинаем.

Они прошли вслед за хозяином в дом. Внутри, как и снаружи, было чисто и опрятно, было видно, что за домом следят и ухаживают.

— Проходите, гости дорогие. — приветливо развел руками хозяин. — Присаживайтесь за стол, я быстро.

Изрядно устав в дороге, троица с благодарностью разместилась за столом. Мужчина деловито стал собирать на стол.

— Вы как, по маленькой будете? — демонстрируя початую бутылку явно не магазинного происхождения напитка, спросил хозяин.

— Вы не подумайте, я не по этому делу, но немножко-то можно.

— Это мы с радостью! — отозвался Илья.

— А вы батюшка?

— И я не откажусь, не грешно.

— Вот и больно хорошо! — довольно ухмыляясь, отозвался мужчина.

За этим разговором стол был накрыт.

— Вот, чем богаты. — немного смущаясь сказал хозяин.

Смущаться ему совершенно не стоило. Стол был великолепен. Была на нем холодная отварная картошка, окрошка на квасе, свежие овощи, судя по всему домашний хлеб, яйца и копченое мясо.

В общем, закусить предложенный самогон было чем.

— Меня Геннадий зовут. Гена. — представился хозяин.

— Я отец Сергий, со мной Илья и сын его Тимофей. — представил всех священник. Илья только кивнул, уже жуя картофелину.

— Ну, за знакомство! — предложил Геннадий.

Сергий с Ильей сдвинули с хозяином рюмки, Тимофей пил поставленный для него компот.

— Где же хозяйка? — спросил священник.

— Померла благоверная моя. Как зараза пошла — так и померла в самом начале, а я, вот, остался.

Кукую теперь один. — по Геннадию было заметно, что жену он любил и действительно тоскует по ней.

— Царствие небесное рабе Божией...

— Ксении.

— Царствие небесное рабе Божией Ксении. — закончил Сергий. Все выпили не чокаясь. — Геннадий, сын мой, не впадай в уныние. Бог нам только те испытания шлет, которые нам посильны.

— Гена, называйте меня Гена. Можно и Геннадием Петровичем, но не по мне это. Всю жизнь Геной прожил.