Мы потеряли море звёзд. Книга первая.

И вот у Аэция снова проснулся интерес к этому месту и к этой планете. Первым, что он хотел получить, были инфокристаллы или другие носители, которые могли бы рассказать о судьбе колонии. Почему только теперь? Дезмонд и сам не знал. Но он знал, что сказал правду. Все эти годы они со старшим магистром не тратили время попусту. Возможно, Аэций не нашёл времени на обследование Геи так же, как сам он не нашёл времени заглянуть к Инэрис на душевный разговор. А может быть, за его промедлением стояли другие причины — как были другие причины и у того, что сам Дезмонд избегал этой планеты.

— Иса… — окликнул он, поняв, что молчание начинает затягиваться.

— Я, — откликнулась идущая впереди него женщина.

— Так ты поможешь мне добраться до Атлантиды?

Инэрис бросила на него косой взгляд.

— Помогу, — со вздохом ответила она.

Они стояли на набережной, свинцово-серой, как и море, плескавшееся у ног. Как и небо, низко нависшее над их головами.

Инэрис думала о том, что ей всегда нравились сталь и бетон.

И о том, что либо сталь и бетон в этом мире оказались не такими, какие она ждала, либо за прошедшие сотни лет изменилась она сама… «Что-то, как обычно, пошло не так», — со вздохом подумала она и покосилась на Дезмонда.

— Не хотелось бы тебя расстраивать, но координат у меня нет.

Дезмонд повернул к ней голову и насмешливо приподнял бровь.

— Я думал, ты знаешь всё и обо всём.

— Ну, если бы ты предупредил о своём прилёте, я бы, может быть, подготовилась получше… Впрочем, не важно.

У меня есть другой способ отыскать это место. Ведь, — Инэрис сглотнула, не в силах поверить в то, что собирается произнести. — Ведь тело Авроры, по-видимому, всё ещё там, так?

— Тебе видней.

Инэрис не было видней. За сотни лет, проведённых на Земле, ей так и не выпало шанса второй раз спуститься на дно. Когда-то она думала, что если вдруг такая возможность появится, у неё вырастут крылья. Реальность оказалась странной и совсем непохожей на ожидания.

Между ней и этим местом, где, возможно, упокоились последние надежды на возрождение Империи, как будто выросла тугая резиновая стена. Стоило попытаться двинуться на неё, как она отталкивала назад, вызывая в сердце гудящую боль.

Заставив себя отодвинуть в сторону эти странные и неприятные ощущения, Инэрис засунула руку во внутренний карман пиджака и извлекла оттуда небольшой предмет, представлявший собой вытянутую пластину с переливчатой поверхностью.