Тёмный

В местном научно-исследовательском институте собирали всех неведомых зверушек как среди людей, так из нечисти. Шаман как про них узнал, так потом месяц за Васильичем хвостом ходил, чтобы его только не отправили в Питер. Как будто это могло ему помочь. Если бы там решили более пристально изучить Шамана, то все, что смог бы сделать шеф — это пожелать ему хорошей дороги, но, на счастье Вальки, питерским он оказался неинтересен. Артём слышал еще, как минимум, про двух охотников, кто тоже обладал незавидной способностью видеть и чувствовать мертвяков.

А вот такие, как Горский, с редким даром эмпатии были нарасхват. Эдакий безошибочный рентген для психоэмоционального состояния человека. Хотя для Тёмного перспектива копаться в чужой душе виделась больше проклятьем. Душонки иногда тоже бывают те еще — смердят, как выпущенная наружу требуха. За примером даже ходить далеко не надо.

После продолжительной паузы Артём хмыкнул и качнул головой.

— Вот как… — медленно произнес он. — Оперативно тебя выписали.

Все небольшие странности встали на свои места.

И почему новичок вдруг решил мальчишек проверить, и почему он побледнел как полотно, когда Тёмного возле трупов накрыло. Эмпатический счетчик Гейгера не выдержал того, с чем Артём жил каждый день. Но надо, признать, Горский хорошо сыграл свою роль. Да и легенду они с Васильичем складную придумали. Шеф тоже хорош. Ссал в глаза как Милька. Как будто нельзя было сказать по-человечески. Тёмный даже не подумал, что все настолько пошло по пизде.

— Нападение на напарника — весомый повод для проверки.

— Надо было сказать, как мне жаль, что я этого жалостливого мудака вырубил, — с сарказмом произнес Тёмный. — Но хорошо пиздеть только ты умеешь.

В душе бушевала злая досада. Выходит, Горского вытащили сразу после того, как Валька в штаб отзвонился. Шустро Мишаня сработал, нечего сказать. Но даже сквозь злость Артём понимал, что совсем на тормозах ему бы эту выходку не спустили. Иррационально больше бесило другое — он повелся на складную придумку, еще даже советовал валить подальше от охотников, а эта падла тем временем его прощупывала, совсем тронулся Тёмный или еще протянет.

— Я тебя особо и не обманывал, — ответил Кай, словно прочитав его мысли.

Он немного помедлил, как будто сомневался, стоит ли говорить, и продолжил.

— Я на самом деле был врачом, военным хирургом, пока на учениях не произошел несчастный случай. Наша машина по мосту ехала. Такой, знаешь, хлипкий деревянный мост, как во времена второй мировой.