Чёрная книга

А ты ведь и на самом деле такой: примитивный человек с набором примитивных желаний, как бараны, которых ты пас в горах! Но ты же не животное, ты человек! А человек для того и придумал речь, чтобы высказывать своё мнение о том, что происходит вокруг него. И это главное его отличие от зверей. Человечеству уже давно пора привыкнуть к мысли об этом и не преследовать его, отдельно взятого человека, за свои слова, кроме отдельных случаев. А наказывать только за его недостойные дела. И наказывать по настоящему, не прикрываясь притянутым за уши гуманизмом по отношению к убийцам, насильникам, садистам.

Чего, к сожалению,в вашем обществе нет. Поэтому люди и призывают справедливость к возмездию!

— Да плевал я на тебя. Как делал раньше, так и буду делать. А если хочешь убить – убивай!

Дживи задёргался в рамке, пытаясь всё-таки высвободить руку. Просто так он не собирался сдаваться. Страх за свою жизнь уже не раз выдавливали из него эти слова о смерти. Но раньше у него были свободные руки и нож. Но зажимы не поддались, и он затих.

В это время в комнату вошло несколько человек одетых в фиолетовые трикотажные костюмы с капюшонами и масками на лице.

— Мне твоя смерть не нужна. — Неожиданно рамка, в которой стоял пленник, стала переворачиваться в горизонтальное положение. И пока она двигалась, белая фигура продолжила. — Да и смерть это не наказание. Поэтому наказание тебе будет другим. И сидел бы ты в своих горах, среди своего народа, радовался бы простым вещам и жил спокойно. Нет, подался в город, к чужакам.

За крутыми шмотками, крутым автомобилем, доступными девушками. Теперь вот попал в такую историю. И мне тебя не жалко! И общаться с тобой противно!

Рамка встала в горизонтальное положение. Голову автоматически зажало надвинувшемся на неё обручем. И на лицо опустился респиратор с каким-то газом…

За столом сидело три человека– Дживи и напротив него родители. Мать непрерывно раскачивалась, как будто что-то качала на коленях. Отецсидел, подперев голову левой рукой,и иногда произносил одну и ту же фразу: «Что ты наделал сын, что ты наделал?».

Дживи сидел, опустив голову, и смотрел на свои руки. На обеих кистях рук не было первых фаланг больших пальцев. Дживи не мог оторвать взгляд от кистей рук, словно не мог поверить, что такое случилось с его большими пальцами. Внезапно мать воскликнула сыну: «Как мы будем с этим жить?». И родители одновременно положили на стол правые руки. На которых не было первой фаланги у большого пальца...

Zoosapiens.