Последствие

Григорий попытался выкрутиться, переключив моё внимание на свою ангельскую сущность, но меня так просто не проведёшь!

– Так, что там с Богом? – произнесла я безразличным тоном, от которого ангел дёрнулся и покосился на меня недобрым взглядом. – Ты так и не объяснил где он.

– Господь не должен никому отчитываться, на какой срок он уходит в отпуск, – сказал и осёкся, испуганно прижав ладонь ко рту. – Проговорился таки! Смотри, не ляпни здесь никому, что Он отошёл от дел! Вернее отлучился на какое-то время… – посмотрел на меня и понял, что таким ответом я не удовлетворюсь.

– Если быть точнее – Его терпению пришёл конец. И чтобы Страшный суд не начался раньше положенного времени, Творец решил отдохнуть. Тысячи лет Он нянчился с родом людским, за это время нервы поистрепались. Каждый раз испепелять всех и начинать всё заново – сил нет, да и не учитесь вы ничему! По этой причине, он доверил человечество ангелам, которые по мере своих возможностей стараются следить за порядком.

На фоне всего сказанного меня осенила пугающая догадка:

– Получается я ангел?

Голос дрожал, но нотки благоговения к самой себе всё-таки проскакивали.

– Окстись девица! – Григорий быстро пришёл в себя после исповеди, и осенил меня крестным знамением. – Какой из тебя ангел? Ни лика светлого, ни благочестия… – он внимательно меня разглядывал, пытаясь рассмотреть что-то видимое только ему, и, наконец, плюнул на это неблагодарное дело. – Хоть и страшненькая, но на смерть тоже не тянешь!

Прозвучало самое ужасное оскорбление для любой девушки! Чего-чего, а смирения во мне точно не было! Моё почтение к этому мужику с крыльями вмиг улетучилось.

Руки сами собой потянулись к его горлу, да так и замерли не достигнув цели. Тело опять перестало подчиняться и я застыла каменным изваянием.

– Зато оперативник ты очень хороший, – ангел довольно улыбался глядя в мои бешено вращающиеся глаза. – Вот бы с памятью у тебя вернулось уважение к старшим по званию.

Хотя о чем это я? У тебя его и раньше не было. Ты пока начинай свою розыскную деятельность, а я завтра прибуду в то же время за отчётом, – на месте его фигуры заклубился и дым и запахло ладаном.

У меня появилась возможность разговаривать и сказать, наконец, как он заблуждается по поводу моей внешности:

– Так это же не моё лицо!

Он не услышал или сделал вид, что не расслышал. Послышался хлопок, дым рассеялся, а с ним и любой намёк на визит ангела.