Из глубин

Одной рукой опершись на заграждение, вторую старуха вскинула в указующем жесте – к площадке и людям, что там стояли:

– Не себе копаете, не себе роете – листьями сухими разлетитесь по свету, и не сыщется вам покоя…

– И часто так появляется? – поинтересовался Мечеслав.

К старухе вдруг подбежала девчушка – несколько странного, можно сказать, старомодного вида.

– Ну, бабушка, ну зачем ты им это рассказываешь? – она потянула старуху за руку. – Они же всего лишь люди.

– Всех вас ветер унесёт, всех унесёт…

– Бабушка, ну, пойдём.

Пойдём!

– А, Сибилла, – проговорил рабочий. – Явилась успокаивать. Сейчас уведёт её…

– Сибилла? – повторил Мартин. – Кто такая?

– Внучка, – рабочий кивнул на старуху. – Так-то они все Сибиллы, это просто младшая.

– И сколько ей лет? – поинтересовался Мартин.

– Тебе зачем? – тот зыркнул на него, усмехнулся. – Оставь. У них вся семейка с приветом. Эта, конечно, понормальнее, но тоже того.

Девчушка обхватила теперь старуху за плечи и смогла оттащить её на шаг от заграждений, но та вдруг вырвалась и, воздев обе руки, прокричала:

– Эта земля проклята! Проклята!

От голоса её – хриплого вороньего карканья – над площадкой повеяло вдруг холодком, и даже ветер как будто усилился на мгновение.

Сибилла-младшая вновь кинулась увещевать и упрашивать, старуха же, по всей видимости, сказав всё, что хотела, теперь с гордым и спокойным видом развернулась и удалилась, опираясь на руку внучки.

– Точно сумасшедшая, – пробормотал кто-то. Все невольно притихли немного, хоть и всего на полминуты.

Потом же – может, даже излишне весело – рассмеялись.

– Ладно, идёмте уже…

Грохот камней сотряс воздух – рвущий, острый, разнёсся вниз и вглубь, прошёл толчком по земле под ногами. Все они обернулись: над котлованом поднималась густая тяжёлая пыль.

Никого сейчас не было внизу: бригаде повезло несказанно. Только подумав это, в следующую секунду Мечеслав рванулся к платформе. Нужно было срочно спуститься: увидеть своими глазами, что же там обрушилось.

– Не лезьте пока, – рабочий у края котлована механически вскинул руку, загораживая путь, но на Мечеслава не взглянул, а следил внимательно, как оседала пыль внизу.

Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем можно было спуститься на дно котлована. Не ожидая, когда все они подтянутся, Мечеслав нырнул в штольню, быстро продвинулся до самого забоя.

Узкая щель проходила сверху вниз, и, хотя свет ламп долетал туда слабо, казалось, что за щелью – пустое пространство.