Ученье Свет - Только объясните это темным

Виталий Дмитриевич по своим каналам собирался повлиять на ситуацию. Знала, что ее чувство к Ярославу не просто симпатия, а зарождение любви, потому что эта нить светилась другим цветом. Даже к Красину и роману Евгеньевичу шли тонкие нити, и если их не оборвать недоверием, то они воплотятся в канаты крепкой дружбы. Но заложить их в основу заклинания, чтобы близкие не пострадали? До такого она бы точно не додумалась.

— Проще работать с домовыми, они никогда не ошибаются и обмануть их невозможно, но ты и этого не сделала.

Девушка выдержала взгляд колдуньи, понимая, что Настасья Валерьевна права. Сейчас Ника жалела, что не последовала ее совету и не подчинила Дениса, а за ним и Дашу. Скольких проблем можно было избежать. За пару лет ребята пообтесались бы в колдовском мире, набрались ума и силы, а потом с чистой совестью можно было отпускать их на волю. Только толку теперь сожалеть об этом.

— Теперь само заклинание. — Колдунья открыла ларец, вынула из него четки из черных каменных бусин и протянула ей.

— Сорок бусин, столько раз нужно читать заклинание у каждого окна. Видишь маленькие бусинки на каждом десятке?

Ника кивнула, чувствуя в руках прохладу гладкого отшлифованного камня.

— Это поворот на девяносто градусов. Каждое заклинание создает клинок, разрезающий любого, кто пересечет линию его удара. По десять для верха, низа, на правую и левую стороны окна. От того, кто посмеет к тебе проникнуть, останется один фарш.

Девушка представила обыкновенного воришку, решившего вынести у нее несуществующий телевизор.

Он бы получил до трех лет тюрьмы, а ей грозит пожизненный срок за особо изощренное убийство.

— Тогда придется на каждое окно вешать табличку, как на трансформаторной будке: «Не влезай. Убьет».

Колдунья улыбнулась:

— Это лишнее. Люди будут чувствовать опасность и к тебе не сунутся, ну а кто рискнет, сам виноват, что не послушал интуицию.

— И что мне потом делать с трупом?

Ника чувствовала, как от четок по рукам распространяется холод тьмы.

Но вопреки всему, что она о ней слышала от бабушки, тьма не обжигала и не вызывала желания бросить четки и бежать без оглядки, как от чумы.

— Знаешь, почему тебя отдали мне на обучение?

Ника отрицательно качнула головой, прислушиваясь к своим ощущениям. Удивительно, но тьма ее не пугала. Она дарила ясность мысли и четкое понимание, не замутненное шелухой эмоций.

— Нравится?

Девушка задумалась, какой дать ответ, и честно кивнула.

— Нравится.