Ученье Свет - Только объясните это темным

Но однажды кто-нибудь заметит, что его у нее нет, и тогда не избежать ненужных вопросов.

Постучала к одним соседям, потом к другим. Никто не ответил. Только занесла руку, чтобы постучать в восьмую квартиру, как дверь на цепочке приоткрылась и в щелку выглянула старушка.

— Чего шумишь? Если что продавать, то иди отсюда. Нам ничего не надо.

— Я ваша новая соседка из шестой квартиры. — Ника поспешила представиться, пока старушка не захлопнула дверь перед ее носом. — Вероника Селезнева, — увидев, что соседка сняла цепочку и приоткрыла дверь шире, девушка приободрилась.

— Давно тут никто не жил. — Женщина оказалась не такой старой, как показалось вначале. Просто в мешковатом халате и слегка растрепанная. Лицо морщинистое, еще хранящее следы былой красоты. Глаза выцвели, став почти белыми. Тонкие губы, химическая завивка на коротких волосах причудливого фиолетового оттенка. — Как, говоришь, тебя зовут?

Ника была уверена, что старушка прекрасно расслышала ее имя, но решила не вредничать и представилась еще раз.

— Вероника Селезнева. — Она силой подавила внезапное желание добавить: «Ваша светлость». Осознав, что чуть не ляпнула, внимательней присмотрелась к «старушке», а то знала она одну такую «бабушку» и ее друга «дедушку». Неужели та самая колдунья?

— А ты не смотри. Заходи, чаю выпьем. Надька позвонила, сказала, что ты едешь, так я все глаза проглядела. — Старушка улыбнулась: — Заходи-заходи, чего встала? Или думала, тебя оставят без присмотра?

Ника шагнула в коридор чужой квартиры, осматривая старинную мебель красного дерева и обитые китайским шелком стены.

Кухня такая же большая, как и у нее в квартире. Старинный, как и вся обстановка, гарнитур, антикварный круглый стол, четыре стула на изогнутых ножках. На столе — белоснежная скатерть. Вазочка с печеньем и конфетами. На окнах — невесомые занавески и отодвинутая на одну строну подвязанная шнуром с кистью тяжелая портьера.

— Достань из буфета чашки. — Старушка оглянулась, когда Ника не двинулась с места. — Я не представилась?

— Нет.

— Зови меня бабушка Настасья. И посуду достань. Чайник уже вскипел.

Ника больше не верила во всяких «бабушек», но чашки достала. Вместе с блюдцами. Еще заварочный чайник и маленькую вазочку с рафинадом. Посуда была из тончайшего белоснежного фарфора без всяких украшений.