Те, кто таится во тьме

Все, кроме магов, все еще пытающихся затушить огонь водой, вступили в драку со скелетами. Виктор сильным ударом кулака проломил голову одному. Адриан отпихнул другого так, что он отлетел и стукнувшись о стенку развалился. Николай вцепившись в ребра третьему, начал тянуть их в разные стороны, и те, с хрустом рассыпались. Не мало тогда воскресших останков, снова приняли вид обычных останков. Однако, мертвецы все воскресали, и воскресали, силы наших героев уже были на исходе, а маги все никак не могли пробить огненную защиту великого вурдалака.

И когда казалось, что этот бой будет проигран, когда казалось, что скелеты вот, вот победят братство спасения, Вова с Алексеем все-таки создали брешь в стене темного огня великого вурдалака. Заметив это, Виктор выпустил в появившуюся брешь несколько пуль, две из которых попали в руки великого вурдалака. Стена огня вдруг пропала, и все увидели, что в руках великого вурдалака, от выстрелов майора Шмидта, образовались очень крупные дыры.

-Огонь! – прокричал Николай.

Все присутствующие, быстро расправившись с остатками переставших вновь появляться скелетов, начали палить по великому вурдалаку, в надежде, что хоть сейчас его удастся убить.

Однако, кровосос особо умирать не хотел. Он ловко уворачивался от пуль, прыгая и делая перекаты в разные стороны. Пару раз по нему удавалось попасть, но все эти разы приходились, либо на руки, либо на ноги, что ранило, но не уничтожало великого вурдалака.

Вдруг, этот монстр набросился на Виктора. Белоснежные клыки пробили кожу, и вампир принялся высасывать кровь.

-Нет! – эмоционально закричал Николай – Нет! Нет! Нет!

Нападение вампира на человека требовало определенного времени. Этим временем воспользовался Вова, выстрелив несколько раз в великого вурдалака. Кровосос отпрянул от Виктора и упал на пол и тут, мой друг, вонзив осиновый кол прямо в сердце вампира, добил его.

Никогда еще ни один охотник на вампиров не слышал такого громкого и душераздирающего вопля агонии, от умирающего вампира. А так как вампир пролежал в спячке почти четыре тысячи лет, он, как и все члены его армии, рассыпался не сразу, а рассыпался постепенно.

Но если вся его армия в момент своей смерти находилась в спячке и не чувствовала боли, то сам великий вурдалак умирал в сознании и долго ощущал все эти невыносимые страдания, и очень громко кричал, пока его челюсть так же не превратилась в прах.

Это был очень тяжелый бой. Все, уставшие переводили дыхание. Вдруг, Виктор достал пистолет и приложил к виску.