Дневники Анны или Тени прошлого

А у Вас есть городской телефон? Можем мы позвонить по межгороду?» Получив согласие, она набрала номер телефонной станции и заказала разговор с Грузией. Вскоре раздался прерывистый звонок.

– Алло! Дядя Ираклий? Здравствуйте, этот Ляля говорит. Дядя Ираклий, а дядя Тамаз рядом с Вами? Ему тоже привет. Просьба у меня к вам. Отец то, оказывается, недалеко от вас находится. В монастыре Бетания, да, недалеко от Самадло. Хотел помолиться, да заболел серьезно. Откуда знаю? Это вы в Грузии ничего не знаете , что у вас происходит.

А мы в России работаем и узнаем. Но не об этом речь сейчас, дядя Ираклий. Берите самого лучшего врача. Какого врача? Знающего, дядя, знающего. Хотите, академика возьмите. Но чтобы не только горчичники мог ставить, а, при случае, и капельники. Берите и езжайте в Бетанию забирать отца. Сегодня, сейчас. Не надо ждать до завтра. Мы завтра уже сами прилетим. Если вы отца сегодня не заберете, то я не знаю, что с вами сделаю. Вернее, я то знаю. Так и Вы меня знаете, дядя. Все, в путь, дядя Ираклий. Дядя Тамаз, Вы тоже все слышали? Отлично. До встречи.

Девушка положила трубку и с улыбкой взглянула на нас с Фрэдом. Мы стояли молча в некотором замешательстве.

– Знаете, если с ними разговаривать по-другому, типа, сюси-пуси, они будут неделю возиться. Сначала стол накрывать , потом совещаться, потом тосты говорить. Затем возможны танцы. Я их знаю. А отцу то сейчас нужна помощь, а не через неделю. И так, сколько времени прошло, как бы не опоздать. Так что не удивляйтесь моей манере разговора.

Мягкий пинок им не повредит. Я же в их понимании, еще маленькая, и мне многое позволено. Ну что, Сережа, ты едешь со мной в Грузию? Дяди нас будут ждать.

Молодой человек, глядя преданными глазами на свою сестру, ответил: «Еду, конечно, еду!». Мы попрощались и они вышли. Такие разные, утонченный , отстраненный от действительности, художник Серго и вся такая земная, напористая Ляля, дети одного отца. « Такая она сладкая и мягкая уродилась, понимаешь?» - произнесла я и, вывернув руку грузинским жестом, вытянула указательный палец вверх.

Глава 9 Любовь и разлука

Мы ждали Крилла месяца три. Меня не покидала мысль о том, что же делать с кладом, если сыну удастся его провезти. Я не понимала, как отделить историческое от не исторического. Ну понятно, царица Фидея - это история, и даже письма к Генриху - тоже. А кольцо с лунным камнем? Этот подпоручик Леонтьев, возможно, тоже внес свой вклад в историю. И даже где-то отметился. Хорошо.