Судья и палач

Если я не могу порвать нити, их нужно перецепить. Например, вот эти, нижние, поставить вверх и в бок, а в образовавшееся отверстие аккуратно пролезть.

Ей вспомнилось, как она чинила любимую гипюровую кофту после того, как в 208 аудитории в университете зацепила и порвала её на самом видном месте. А всё из-за какого-то урода, отколупавшего кусок стола по торцу. Тогда она проделала новые бриды и цветок приобрёл крепления, что было почти не заметно, если не знаешь, куда смотреть. Вот и теперь ей предстояло проделать то же самое.

Рина осторожно, она не представляла себе прочности сторожевых нитей, переносила их снизу на косяк и верхнюю часть дверной рамы, стараясь не позволять им перекрещиваться и задевать друг друга. Через пару минут вздутый узел поднялся кверху, оставив проход не меньше метра высотой.

— Отлично, — похвалил Фёдор, — просто безукоризненно! Давай теперь поработаю я.

— Стой, — Рина что-то прикидывала, — уверен, что сумеешь вышибить дверь и не задеть нити?

— Обижаешь, неужели думаешь, тот, кто на спор отстрелил каблук собственной жене, промажет по замку двери? – вскинул бровь Толстой!

— Попробуй, — с некоторым сомненьем разрешила Рина.

Американец размял плечи, размахнулся и кулаком высадил замок, находящийся в сантиметрах десяти ниже покачивающегося багрового узла сторожевого заклятия, не задев при этом ни одну сторожевую нить. Дверь бесшумно и мягко, словно кто-то заботливо смазал петли, распахнулась, и они, согнувшись, пробрались внутрь.

Фёдор хмыкнул, бросив взгляд под ноги, на страшно грязном полу у порога лежал ворсистый розовый коврик с вышитой надписью:

Home, sweet home!

Внутри было темно и пахло мышами.

— И что дальше? – риторически спросила она, невольно приглушив голос, — кому понадобилось так закрывать грязную халупу?

— Глянь, как там червяк поживает.

Червяк несколько обмяк и почти не подавал признаков поисковой активности. По маленькому тельцу пробегали судороги, работать магическому компасу оставалось недолго.

— Ты бы, cher ami, посильнее светильничек зажгла, — Толстой чертыхнулся, приложившись головой о низкую балку.

Рина по наитию пошарила по стене и обнаружила выключатель. К удивлению, он работал. В каморке загорелась энергосберегающая лампочка. При её свете унылое убожество заброшки стало только ярче.

— Червяк сдох, похоже, — чародейка тряхнула баночку, взметнув частички пепла, которые оседали медленно, как снег в волшебном шаре с замком.