Следствие по магии 2

Аксельбант и лента схваченная внизу еще каким-то орденом, черная треугольная шляпа без всяких украшений. Перчатки, лосины с крагами, ботфорты лакированные, со стальными шпорами, образ довершали детская наивная улыбка и стальной взгляд.

Командир Отважных, протер глаза, почти до рези и черных мушек. Не раз во время обучения он видел его портрет, с переливающейся лентой через правое плечо, при орденах. Плешь на лбу прикрыта характерным «коком», худощавость, одухотворённое грандиозной мыслью старческое лицо, грустный взгляд направлен глубоко в собственную душу, горькая складка губ.

Именно такой след в памяти оставил портрет, Его превосходительство генералиссимус Суворов Александр Васильевич. И вот этот немного худощавый седой старичок, невысокого роста, обернулся на меня и тихо проговорил одними губами, но я прочел:

— Русская армия приходит только освобождать, а не завоевывать… Мы русские, с нами Бог!

А девушка начала выводить слова, абсолютно заглушая иные звуки, кроме ее марша:

Мчится коньАльпы вздымаяВ новый бойВ новое пламя!Всадник гонит смерть, таков его русский путь!

Кони за гарцевали, заплясали, склонив стяги как копья на врага.

Секунда и они парадным строем ринулись на противника.

Первый ряд солдат пришел в движение. С первыми словами песни опустились на колени и сделали выстрел. Призраки или ряженные, но звук, запах сгоревшего дымного пороха, огонь из стволов, мужские голоса, рефреном повторяющие песню – все это было.

Было! Шальные глаза моего зама, прикрывающего отход гражданских из-за второго валуна, подтвердили, что не мне одному это привиделось. Возможно даже будем лежать в соседних палатах.

Тем временем вторые ряды сменили первые, так же опустившись на колено и произведя выстрел. Задние ряды громко вторили музыке, образуя хор, пока ждали своей очереди для залпа. Казалось даже залпы были подчинены звукам марша.

Вражий край

Взят на рассвете

И Дунай

Вспять гонит ветер

Он к победам шёл, от пули не пряча грудь!

Я прекрасно помнил, что нахожусь в лесу, но там куда улетели всадники – становилось поле, своими стягами они «стирали лес».

Враги стали видны как на ладони. Растерянные, злые, они стреляли в нашу сторону, но пули исчезали, словно увязнув в старинных мундирах. А еще в этих миражах был день, не глухая ночь. Полоса дня, между двумя кусками ночи.