Третье правило кошек. Скелеты в шкафу

«Точно, Пупочек, — яростно брыкаясь, подумала Белая, — правильно ему Леша имя придумал: строит из себя пуп земли. Ох, наплачутся они с ним еще…»

Разумеется, закаленная в уличных драках кошка могла дать щенку жестокий отпор, однако приходилось осторожничать: все-таки она имела дело не с дворовым псом, а с новым членом семьи, к тому же глупым недорослем. Вырвавшись, она забралась повыше и начала вылизывать всклокоченную длинную шерсть, издали наблюдая за происходящим.

Весь выходной мама, папа и Леша только и делали, что бегали за щенком.

Бабушка категорически отказалась участвовать «в этом безумии» и уехала на поэтический вечер. Пупи ни минуты не сидел спокойно — он повсюду лез, стаскивал все подряд, до чего дотягивался его любопытный нос и от возбуждения сделал уже несколько луж в разных комнатах. Наконец, он прилег в гостиной и задремал. Все облегченно выдохнули и разошлись. Однако не прошло и пятнадцати минут, как из гостиной раздался мамин вопль:

– Пупи! Фу!!! Ты что делаешь?! Брось немедленно!

Щенок проснулся и начал грызть то, что первым попалось ему на глаза — мягкую обивку родительского дивана.

– Это у него зубы меняются. И вообще, он еще к нам не привык, — успокаивал маму папа, но голос его звучал немного неуверенно.

На первую прогулку с щенком вышли все вместе — кроме Белой и еще не вернувшейся с мероприятия бабушки. Каждый по очереди подержал поводок. Леше вручили его, когда Пупи увлеченно обнюхивал кусты и никуда не рвался. Мама быстро отказалась, сразу после первого резкого рывка — Пупи увидел пролетающий мимо пакет и бросился за ним.

В остальное время щенка вел папа.

– И как Алеша его выгуливать будет? — поинтересовалась мама. — Он же не удержит.

– Если нужно будет, я помогу, — ответил папа. — Мы же понимали это, когда решили завести крупную собаку.

– Нет, я сам, я справлюсь! — горячо возразил Леша. — Он ко мне привыкнет и начнет слушаться.

В мыслях он уже видел себя хозяином взрослого золотистого красавца, чинно идущего рядом с ним без поводка.

Вот он кидает палку, и пес срывается за ней, приносит ее и заглядывает в глаза: «Давай еще!» Вот садится и подает лапу, вот грозно рявкает на хулиганов, посмевших что-то сказать ему, Леше…

На деле все оказалось куда сложнее. Щенок совершенно не желал слушаться — ни маму с папой, ни, тем более, своего маленького хозяина. На строгий окрик бабушки он виновато оглядывался, но принимался за свое, стоило ей отвернуться.