Анима

Где сейчас сбежавшие?

– Не знаю. Это не мое дело.

– А нанимателя как найти?

– Разовый контракт. Я даже лица его не видел, он же рукастый.

– Гадство, – выругался Гамбо. – Деда я и без тебя найду, бесполезный говнюк. Эй, Эзо, ты чего там шаманишь?

– Ты закончил? – спросил я вместо ответа.

– Да от него вообще ноль проку. Но серьезно, дело керосином пахнет. В Москве какое-то дерьмо готовится.

– Если закончил, то теперь мой черед.

Я достал из камина меч. Обычный стальной меч, что до этого висел на стене в кабинете этого ублюдка.

Лезвие алело от жара.

– Я все сказал, что знаю, – затрясся Фонарь.

– Не все. У меня к тебе один вопрос. Скажи, ты считаешь себя хорошим человеком?

– У… У меня жена… Дети. Приемные. Я о сиротах забочусь. О девочках забочусь, без меня бы они пропали на улицах.

– То есть ты считаешь себя хорошим человеком, – я вернулся обратно и уселся на стол, держа раскаленный меч перед собой. – Отряд Хана убегал из разлома. Убегал, потому что ты передал им руну Хаоса. Их встретил тюремный охранник.

Этот охранник просто выполнял свою работу, но выполнял ее хорошо. Относился ко всем с уважением, не грубил. Сопровождал заключенных, помогал им, старался все сделать правильно. Он был хорошим человеком. А ему в живот воткнулся раскаленный меч, – глаза Фонаря расширились от ужаса. – Сквозная рана с обожженными краями, повреждение жизненно важных органов, внутреннее кровотечение и адская боль. Но он был хорошим человеком, поэтому ему помогли, его спасли, и он до сих пор жив.

Я воткнул меч в пузо Фонаря, пробив его насквозь, прибив к спинке кожаного кресла.

Фонарь схватился за раскаленное лезвие, заверещал и отдернул руки. Снова схватился, заверещал еще громче, засучил ногами и начал биться в конвульсиях.

– Если ты и вправду хороший человек, то тебе тоже помогут. И вы с тем охранником будете квиты, а у меня не останется никаких претензий.

– Импова срань! – причитал Гамбо, суетясь. – Такие вопли никакие стены не сдержат.

Я лишь безразлично пожал плечами. Гамбо тем временем сорвал картину со стены, а я с удивлением принялся за ним наблюдать.

Он достал самый обычный набор отмычек, надел на уши какую-то штуку, как у врачей и принялся что-то шаманить с сейфом, попутно матерясь.

Через минуту случилось три вещи. Вдалеке послышались шаги, и мой теневик показал четырех человек, вооруженных, кажется, пистолет-пулеметами. Гамбо вскрыл сейф, в котором сиротливо ютились пачки денег. Сейф явно покупался «на вырост». И еще сдох Фонарь.