Анима

Он бухнул на стол тонкую папочку и принялся вещать официальным тоном.

– Призыватель Эзо, восемнадцати лет. Вы обвиняетесь в незаконном проникновении на территорию Москвы, сокрытие личных данных перед лицом правоохранительных органов. Штраф пятьдесят рублей. Десять рублей изъято в пользу казны, как будете оплачивать остальное?

Следак с победным выражением лица уставился на меня, и я мгновенно понял, к чему все шло с самого начала. Они просто хотели прикарманить себе ящера. Да, перворанговое заклинание призыва, но существо действительно одно из лучших в своем классе, к тому же нейтральное.

– Есть зелье, – кинул я пробный шар.

– Цена по реестру пятнадцать рублей, – кивнул он. – Остается еще двадцать пять.

– Какие есть варианты?

– Вы можете оставить отпечаток, – хитро ухмыльнулся он. – Существо первого ранга, цена по реестру пятьдесят рублей.

– Серьезно? – я даже не смог злиться. – Да я на любой барахолке смогу продать его минимум вдвое дороже.

– А вы не на барахолке, – стал серьезным следак. – Так что?

– Отказываюсь.

– Можем ведь и по-плохому, – перешел на совсем неделовой тон мужчина.

– Это как? – скептически изогнул бровь я. – Помаринуете меня тут еще?

– Одна карта в длани, – как бы невзначай намекнул он.

И намек я понял. При смерти призывателя из его длани выпадает всего одна карта. Так называют отпечатки из-за схожести по внешнему виду в физическом воплощении.

Остальное уходит обратно в Аниму.

– Мы не угрожаем, не подумайте, – врубил добрячка крыс. – Просто всякое случается. Мало ли разлом откроется как раз в вашей камере.

– Камере? – не понял я.

– Штраф платить будем? – проигнорировал он вопрос, получив молчание в ответ. – Ладно, тогда дальше по списку. Так как штраф вы оплатить не в состоянии и за вас это сделать некому, вы приговариваетесь к принудительным работам на благо города. Вплоть до полного погашения неустойки. Которая составляет сто сорок рублей.

– Сотенкой не ошибся? – перешел я на ты от такой наглости.

– Отнюдь, – довольно усмехнулся следак. – Сорок осталось от нарушения границ.

– Так я же у вас просидел все это время, – начал закипать я, но уже понял, что все это просто спектакль.

– Как говорят на западе, здоровье индейца шерифа не еб… Не волнует. Пакуйте его, ребята.

На этих словах мне нацепили обычные наручники помимо блокиратора. Шприц с зельем никто не горел желанием забирать, так что я оставил его себе. Меня потащили по коридорам.