Пробуждение дара

Сразу чашечкой закрепила в нужном положении плинтус, чтобы не придерживать его. Поднесла, как и вчера, открытую ладонь ближе к показавшейся норке, положив на неё тот самый крошечный кусочек сыра, оставшийся от бутерброда, и начала призывать Маньку.

Данечка не понимал, что там делает сестра, и любопытство пересилило наказ сидеть и ждать. Он подошёл и присел рядом на корточки, как и Лиза:

– А чего ты делаешь?

– Не разговаривай, – прошептала Лиза, – спугнёшь. Ты просто смотри и старайся не шуметь. – А сама послала мышке приказ «выйди ко мне», не говоря этих слов, но облекая своё желание в ту форму мысли, которую уже хорошо запомнила, и которая давала возможность воздействовать на разум животного.

Манька оправдала надежды девочки и ожидания её братика. Не только вылезла из норки на запах лакомства, но оставалась на ладони, когда Лиза привстала и пятилась задом, чтобы перейти в другое место, и снова присесть.

Данька всё-таки спугнул мышку своим восторженным визгом, и Манька чуть не сбежала назад, но по Лизиной команде вернулась, снова залезла на ладонь опущенной к полу руки и начала выполнять команды.

Повинуясь мысленным приказам, перелезла на палец другой руки, уцепившись за него всеми лапками, перевернулась вниз головой, покачалась, затем снова вернулась по этому пальцу на ладонь, постояла на задних лапках, и, наконец, подошла к привлекавшему её запахом кусочку сыра, проигнорировав лежащую рядом хлебную корочку.

О цирках дети ещё не слышали, но понимали, что сейчас происходило что-то вроде театрального представления, и оба были в восторге.

– Ой, как она умеет!.. – всё-таки начал он шептать, наклонясь к уху Лизы, а потом и хихикать. – Хи-хи-хи! Смотри, смотри, опять повисла! Хи-хи-хи... – пока девочка не сказала:

– Давай, Данечка, отпустим её, Манька устала.

– Ну-у-у, ещё немножко...

– Хватит. Мы к ней в другой раз придём, – Лиза опустила ладонь к полу и мысленно поблагодарила маленькую «артистку».

Только «артистка» перед уходом не раскланялась своим зрителям, а юрко ретировалась, захватив с собой недоеденную корочку.

Братишка никак не мог успокоиться. Распластавшись на полу и оттянув плинтус, от которого Лиза уже убрала чашечку, всё пытался увидеть в отверстии так поразившую его живую игрушку.

Дети Голицыных сами напоминали игрушки – идеально гладкой здоровой кожей лица и светло-русыми с золотистым оттенком кудрявыми волосами.