Потрёпанный вечностью: Прощай родной мир

Ну, или может быть, что дело во мне и моём восприятии самого материала. Ведь человек тварь ленивая, если чего-то делать не надо и ему это не интересно, то все старания будут приложены к избеганию какой-либо там мороки.

Или я вновь что-то себе надумываю, но факт остаётся фактом, перемену после урока математики я встретил как спасительницу своего рассудка, а заодно время прокормить один генератор мурчания, который смотрит на меня просящими глазами.

Именно поэтому я собираю свои книги в портфель и с ним направляюсь в уборную.

Так-то можно было и без портфеля, но ещё из средней школы уяснил – если не хочешь проблем с личными вещами, то не оставляй их где попало и без присмотра. Уборная же была выбрана по единственной причине – самое удобное место, где можно уединиться.

Только, увы, не сегодня. Мужской туалет был занят, на что намекала охрана в виде четырёх парней-старшеклассников, которая не никого пропускала. Пожав плечами, пошёл дальше искать место, попутно раздумывая, не слишком ли много сегодня просит крови Химари? Обычно она просила её три раза в день – утро, обед и вечер.

Пьёт она не много, ну, по крайней мере, я этого не чувствую. Вот пройду обследование в больнице на выходных, на чём настояли Маша с Катей, тогда и буду паниковать.

–Помогите! – раздался женский голос из туалета, что заставил меня застыть.

–Тебе показалось, тебе просто показалось. Ты не должен быть в каждой дырке затычке. Есть другие, – тихо проговорил про себя как мантру, стараясь при этом успокоиться.

–Помоги… – раздаётся громкий звук удара, что с большого расстояния услышал даже я.

Ученики, которых было достаточное количество, начали поспешно расходиться, даже не пытаясь оглядываться.

–Они побежали звать учителей, – говорил себе, тем самым стараясь убедить, но получалось с трудом. – Ты не должен влезать во всё это. Ты обещал Маше и Кате.

Хоть я и говорил эти слова, но поднимающуюся волну усмирить не получалось.

–Эх, – моё до этого напряжённое тело расслабилось, а я посмотрел во внимательные глаза Химари, которая сидела у меня на плече.

– Поможешь мне? – она ответила мне утвердительным кивком. – Тогда слезай, можешь упасть.

Напоследок вздохнул и усмехнулся.

–Перед смертью не надышишься? – вспомнил фразу близкого мне человека. – Погнали!

И я погнал. Погнал на всех доступных мне скоростях в сторону двери туалета. На меня обращали внимание стоящие в стороне ученики, а чуть позже, когда до двери остался десяток метров, меня заметили и «охранники».