Чудовище. Твари третьего круга

— Как ты свинтила, так он и заторчал. Кидай его! Все равно он через полгода загнется.

— Убери лапы! — Инни оттолкнула его. Таракан в драку не полезет, а с Хозяйкой она как-нибудь разберется. — Стучи, куда хочешь, насекомое.

            В каморке у Тени всегда странный запах, непохожий на стоячий подземный воздух. Словно недавно пронеслась летняя гроза. Это напоминало Инни о доме, о цветущих сиреневых кустах, которые так любила мама. Если потрясти их, пушистые ветви обдавали градом теплых дождевых капель.

А еще можно было стоять в одуряющем ароматном облаке и искать счастливые цветы с пятью лепестками. Только эти глупые цветы у нее и остались в памяти. Все остальное притупилось, стерлось. Даже лица родителей стали ускользать. Только этот свежий запах продолжал связывать ее с ними. А пахло в каморке так, потому что Тень заставил ее компьютерами и всякой мудреной аппаратурой, которую стащил наверху. Компьютеры тихо жужжали, точно в железные коробки запихнули целый улей пчел. Инни привыкла засыпать под их жужжание. 

Тень позволял ей подавать инструменты, когда ковырялся в железках, разрешал слушать музыку и смотреть кино. Но чаще –– бродил по скучным страницам с рядами цифр и букв, подбирал пароли, ломал непонятные, существующие только на экране замки. Он почти не выбирался наверх. Только за очередной железкой. Проведя целый день с Хозяйкиным сыном, Инни возвращалась на старый продавленный диванчик, и смотрела, как блики монитора играют на лице Тени, пока он, не чувствуя вкуса, ест заработанную ею порцию каши.

Иногда замки удавалось сломать, и Тень обзаводился деньгами. Тогда в их каморке появлялись разные вкусности и одежда, добытые такими, как Таракан. А еще таблетки…

            «Ты что болеешь?» — допытывалась поначалу Инни. Тень отмахивался: «Ты не поймешь. Я так отдыхаю!» — «Дай попробовать» Инни потянулась за кругляшом. Тень переменился в лице и больно ударил ее по руке: «Если попробуешь — выгоню!»

Врал он про отдых! От таблеток ему становилось плохо, валялся целыми днями на тахте с посеревшим лицом и открытыми глазами, точно мертвяк.

 

            Если Таракан не врет, значит… Это она виновата, что Тень сорвался. Инни потянула на себя тяжелую дверь. Тень спал на диванчике, обняв Иннину плюшевую собаку. Игрушку он притащил через неделю после того, как она поселилась в Подземелье. «На, и больше не реви по ночам! Ты мне думать мешаешь».