Чудовище. Твари третьего круга

— Бандюков не боишься, Плийка? Почему подъезд не закрываешь? Вот приду как-нибудь, а ты тут валяешься с выпущенными кишками, — он заржал.

— Морок тебе на спину! — ругнулась женщина. — Чего пришел? Пугать меня? 

— Мужик сюда не заходил? Здоровый такой, — спросил второй высоким голосом.

— Кроме вас, обормотов, никто по ночам не шастает. Да и вы тоже валите, спать хочу, — она деланно зевнула.

— На чердаке, наверное,  отсиживается, — сказал второй.

— Закрыт чердак, будто сам не знаешь, — вставила Плия.

 

— Действительно, закрыт. Три дня назад проверяли, — подтвердил второй. — Идем, глянем в подвале. А ты, Плийка, подъезд бы на ночь хоть на задвижку закрывала, от греха подальше.

— Нет задвижки, Лекс, сломали. Иди уже. Ишь, Заступник выискался!

            Никел сжал кулаки. Давно он не слышал этого слова.

            Все стихло.

— Вылезай уже, можно, — женщина откинула одеяло.

— Спасибо.

— Спасибо в карман не положишь.

.. 

            Ник протянул несколько разноцветных купюр. Женщина быстро спрятала деньги.

— Ложись. Хочешь, ветошки подстелю, чтобы помягче было?

— Я уйду скоро, только дождусь, когда они уедут.

— Ну как знаешь.

— Вы лучше про себя расскажите.

— А ты не журналист? Потом в газете напишешь, так мне житья не дадут. Никакой Лекс не прикроет.

— Да мне просто интересно. Я вообще-то тоже хотел в Светлый Лес, — соврал Ник.

— Твари они, хуже мороков.

Темный по ним, сукам, плачет, — горячо сказала Плия. Ее лицо исказилось от ненависти, по грязным щекам побежали слезы. — Квартиру-то я продала, а деньги они забрали, и документы. А потом в рабство нас свезли, уроды, на рудники. 

— Какие рудники? 

— Да кто их знает! Там и мужики выдюжить не могли, загибались один за другим. Бежали мы через полтора года. Вчетвером. Я одна выжила. А лучше бы сдохла вместе с остальными! Вот смотри, — она закатала штаны. Сквозь грязные тряпки, которыми были замотаны ноги, проступали бурые пятна.

— Гнию заживо. Вот тебе и интересно! Не будь дураком, мальчик, возвращайся к жене, мирись, рожай детишек. А Светлый Лес — это нагибалово.

            Никел застонал от бессильной ярости. Инни, теперь вот еще Плия. То, что он узнал про Тайлу… Заступник не может делать вид, что ничего не происходит. Только это такая махина… Что он против них? У него ничего нет.