Nightmare Realm

Зачем я это купить должен был?

— Если расскажу, испорчу весь сюрприз!

Пригорок, возвышающийся параллельно железнодорожным путями, где недалеко от старой асфальтовой дорожки притаилась скамейка, прямиком под столбом с мигающим фонарём наверху. Вот и всё, что увидели серые глаза ночного путника. Но стоило ему постоять неподвижно каких-то секунды две, как он сумел различить на скамье тело. В первое мгновение одержимый даже грешным делом подумал, что перед ним труп. Но стоило присмотреться, как недвижимый объект зашевелился.

Тут в его голове зашелестел многоголосый шёпот, который интерпретировать никак иначе чем призыв к действу нельзя было.

— Эй, что за дела! Образы посылай слабакам всяким, а со мной как с равным говори!

— Сказал же, маловато будет твоих подношений! Вот и экономлю силу, а то пока тебе объясню что по чем, утро настанет!

— Чего ты там придумать успел?

— Делай, как я говорю! Или я у тебя в гостях задержусь и полностью под контроль захвачу. Потом будешь голый по улицам бегать и дрочить на глазах у всех встречных-поперечных.

Издав звуки непередаваемых душевных терзаний, человек всё же послушался голоса в голове и исполнил его приказание. По обе стороны от скамьи зажглись изумрудные лампадки. На лбу толстяка фломастером был выведен витиеватый символ. Подняв правую руку с бутылкой, парень произнёс: «Quand le chat n’est pas la, les souris dansent». Содержимое покинуло своё прибежище и устремилось потоком по сальному лбу лежащего. Грузное, грязное и дурно пахнущее тело тут же вскочило и остановив бешено вращающиеся зрачки сфокусировало взгляд на облаченном в пальто юноше.

— Ну вот, а ты боялся! — пробасило подобие человека, обдав бедного парня таким ароматом перегара, что того чуть было не вырвало.

— Я всегда боюсь, именно потому и жив ещё.

— Да не накручивай ты себя так! Лучше дай горло промочить.

Выхватив протянутую бутылку тело присосалось к сосуду, опустошив его. Парень посмотрел на сидящего на скамье алкоголика, и сдвинув своё восприятие, увидел то, что и ожидал.

— Как прикажешь! Как мне к твоему сосуду обращаться?

— Коржик Дырочкин, и я не приказываю, а прошу.

— Приказываешь. Потому что ослушаюсь кого-то из тебе подобных и помру потом где-нибудь на помойке.

— Что за гнусные инсинуации в мой адрес? Никогда бы я так не поступил со своим слугой!

— Я тебе не слуга! — взвился шатен.