Потерянным

Телефон начинает вибрировать так неожиданно, что на секунду мне во мне вспыхивает огонек надежды, но звонит мама.

В Хабаровске, наверное, разгар дня, стоит летняя непереносимая духота, от которой не спасает даже тень от тополя, раскинувшего густую листву за окном, не давая июльскому солнцу затопить жаром маленькую трешку в Индустриальном. Во всей квартире окна в сейчас нараспашку, но это не приносит никакого облегчения.

Я не беру трубку, телефон вибрирует, а я представляю, как мама сидит в зале на диване, поглядывает на настенные часы-тарелку и отсчитывает семь часов назад.

Наверное, с утра не находила себе места, поглядывала на циферблат, чтобы не позвонить слишком рано. Если я сейчас отвечу, то придется лгать и чувствовать себя мерзко, стараясь придать своему голосу напускную веселость. Он вибрирует так долго, что когда на том конце сбрасывают звонок, мне все еще чудится вибрация, и я ощущаю острое чувство тоски по дому.

В Петербурге прохладно, серые облака низко ползут над крышами.

При такой погоде все здания за окном выглядят грустными истуканами, в ранний час на улице почти нет прохожих и машин. За вчерашний день я поняла, что город гораздо больше, чем я представляла себе. Как найти человека в таком большом городе, где никого не знаешь?

Стараясь не шуметь, я аккуратно отворяю дверь, но та все же скрипит несмазанными петлями. Оказывается, Хозяйка уже проснулась. В коридоре горит светильник, а проникающий из комнат утренний свет рассеивает резкое желтое свечение, делая его мягче, подсвечивая пыль на коробках и рамках с фотографиями.

В борьбе искусственного электрического света и настоящего дневного победа за вторым, пусть он и не прогоняет густые тени коридорного пространства совсем, но делает их тоньше, длиннее, заставляет жаться к плинтусам и прятаться за коробками.

Из зала доносятся странные песнопения, похожие на мантры, вперемешку с шумом воды, смесь каких-то национальных инструментов и колокольчиков. Тихое мистическое гудение разливается по квартире вместе с травяным запахом.

— Доброе утро! — слышится бодрый голос Хозяйки, и я заглядываю в зал ответить на приветствие.

Женщина сидит в позе лотоса на коврике для йоги посреди просторной комнаты, на экране телевизора видео, где каменный Будда сидит напротив Хозяйки в такой же позе, в блаженстве прикрыв глаза. Вокруг неё стоят пирамида из розового камня и курильница, от которой поднимается белый дымок с тяжелым сладким запахом трав.