Институт. Часть 1. Правила выживания для одиночек

И тут до них донёсся взволнованный голос Вирдж:

— Эй, идите сюда скорее, представляете, что мы нашли!

Спотыкаясь и чертыхаясь, все пробирались к ней. Шагах в десяти Эва шлёпнулась, встала, потирая многострадальные колени — и тут увидела. Глайдер! Но какой старый! Весь изъеден ржавчиной, но когда-то — очень давно — был белым. Один бок разворочен, и седло изодрано. Глайдер был, пожалуй, помассивней Железяки, но совсем не казался неуклюжим — более узкий, а спереди треугольный выступ, и выглядит он так хищно, будто паровоз протаранил бы.

Эрик уже копался у глайдера внутри, а остальные, поражённые, стояли кружком.

— Вот это да!

— «Вихрь»!

— А что это значит? — шёпотом спросила Эва у Мэл, и та уставилась на неё.

— Ты что, не знаешь? Это был самый хороший глайдер! Его придумали в ФОЛИ. Только очень давно, ещё в Глобальную. Теперь их уже не делают.

— Если он такой старый, то все современные уже лучше?

— Куда им до «Вихря», — усмехнулся Дин, который стоял с другой стороны. — Все остальные ему уступают по маневренности и по скорости.

Эва осторожно потрогала ржавый бок с отметинами, похожими на вишни.

— А это что?

— Пули, — ответил ей Вэслек, который смотрел у Эрика из-за плеча на беззащитные глайдеровы внутренности. — Военная машина-то была, не для покатушек сделана...

— Оп-па, — тихо сказал Эрик, выпрямляясь. — А он ещё живой.

И, будто откликаясь на его слова, глайдер с хриплым рычанием ожил. Содрогнулся корпус, на руле тускло засветились под слоем грязи кристаллы сенсоров. Но Вэслек только покачал головой.

— Без толку. Двигатель в куски. Такой он с места не сдвинется...

У Эвы даже сердце защемило. Она попыталась стереть грязь с линзы сенсора — и...

— Ой!

Отдёрнула руку, ощутив лёгкое покалывание — будто сенсор мягко притянул её пальцы.

— Что случилось, Эва? — спросил Эрик, обеспокоенно глядя на неё из-под волос.

Вэслек тоже поглядел на неё и сощурился.

— А ну-ка давай... сядь. Да не бойся ты.

Эва оседлала глайдер, не веря своему счастью. Как тут и была — ну и пусть, что от седла одни ошмётки остались, и что ноги приходится выпрямить — ей так даже удобнее. И руки на руле поверх выпуклых линз — будто подсоединённый штекер в середине ладони. Тепло до самого позвоночника, и кажется, будто завести его не сложнее, чем ногу согнуть... но, конечно, не без мотора.