Свалка времени. Часть 2. Бродяга

Олеся быстро нарезала торт и устроилась на диване, посадив маленького Антошку на колени. Ребенок улыбался и пускал слюни, глядя, как отец за обе щеки уминает уже третий кусок.

Когда же чашки и блюдца опустели, Олеся взяла Максима за руку и спросила, глядя в глаза:

- Скажи, тебе это для Зоны нужно?

Максим вздрогнул, сжался и не удержался от шутки:

- Да. Я точно не собираюсь повторить подвиг Марвина Химейера. Не собираюсь сносить город бульдозером. Это все для Зоны.

Врать жене он не смог.

- Спасибо за честность.

Максим вцепился Олесе в запястье:

- Как ты сказала? Это песня есть такая в моей «ковбойской» игре. Прямо так и называется: «Так тому и быть». Она звучит, когда герой скачет к месту последней битвы. Мы строим храм, только чтобы сжечь…

Олеся не ответила ничего, но Максим вдруг почувствовал ее боль. Отпустил руку жены и увидел на ней следы от пальцев.

- Ну вот. Теперь меня обвинят в домашнем насилии.

- А я бы хотела, чтобы эти синяки остались у меня на всю жизнь. Они ведь от тебя?

Олеся подула на руку, кровоподтеки посветлели и через минуту пропали.

Максим и Олеся коснулись друг друга лбами, потерлись носами друг об друга. Губы их соприкоснулись…

Вдруг отчаянно заверещал дверной звонок. Антошка, сидевший на коленях у матери, скуксился и заплакал. Олеся взяла его на руки, встала и отошла к окну. Максим бросился в коридор. Он точно знал, кто стоит за дверью, но все равно отступил, увидев Георгия Олеговича – своего бывшего тестя.

На первый взгляд Георгий Олегович казался во всем средним: средний рост, телосложение, талия и плечи. Даже лысина на его макушке и то выглядела средней. Но лицо его – угрюмое, плоское, с коротким приплюснутым носом и вечно опущенными уголками губ, давало понять: этот человек возражений не терпит. Оно не обманывало: когда-то Георгий Олегович был бандитом, но позже стал успешным предпринимателем, почти олигархом. Правда, до списков Форбс он так и не добрался.

- Что вам нужно? – пролепетал он.

- Для начала – здравствуй, - Георгий Олегович протянул руку.

Максим робко пожал ее:

- Здравствуйте. Я думал, вы меня бить будете.

- За что? – в голосе бывшего тестя послышалось изумление.

- За Алю. Мы же с ней разошлись.

Георгий Олегович расхохотался:

- Вот буду я еще вмешиваться в дела моей непутевой дщери. Сошлись – разошлись.