Свалка времени. Часть 2. Бродяга

Работать было легко, и Максим, спокойный и невозмутимый, с деловым видом нажимал на кнопки и щелкал тумблерами. Гудела аппаратура, одна за другой загорались контрольные лампы. Зашелестела магнитная лента – интересно, зачем записывать то, что уже некому будет проверить? Введены и приняты системой координаты цели – куда же все-таки полетят ракеты? Прогрелись экраны, на них появилась картинка: крышки ракетных шахт. Несколько нажатий на кнопки – массивные «кастрюли» откинулись, обнажив темное устье с заостренным носом ракеты.

Осталось совсем чуть-чуть…

Максим ввел коды запуска: один и второй. Система проглотила буквы и цифры. Что ж. Прощай, жестокий мир! Максим проверил переключатель «тренировка/пуск» - его рукоятка указывала на «пуск», и повернул ключ… Один ключ! Но ведь надо повернуть их два, причем одновременно! Если этого не сделать, ракеты никуда не полетят!

Максим заметался между пультами. Он крутил металлические рукоятки туда-сюда, нажимал на кнопку, но ничего не происходило. Нельзя запустить ракеты, не повернув одновременно два ключа.

И Максим сдался. Он закрыл крышки шахт, погасил экраны и сполз вниз, не сдерживая рыданий. Слезы оставили блестящие дорожки на его впалых щеках.

- Я неудачник… неудачник. Даже мир уничтожить не могу.

Максим снял с плеча ТОЗик, откинул приклад и прижал дуло к виску. Нажал на спуск – и очутился на пристани. Возле нее лениво покачивался на волнах теплоход со складным трапом на борту. На корме, как и в прошлую встречу, хозяйничал Харитон-Хорст.

Нет, конечно же Хорст. И никак иначе.

- И зачем ты это сделал? – спросил моряк, пристально глядя на Максима.

- Проклятая надежда. Это она заставляет толпу приговоренных к смерти людей стоять перед пулеметом, как покорным овцам. Надежда говорит: а вдруг пронесет? Но пулемет стреляет, и пули выбивают из несчастных жизнь. А если бы все разом бросились вперед, кто-то бы обязательно уцелел. Но все стоят, скованные надеждой по рукам и ногам. А вот когда надежда оставляет человека, он начинает действовать.

Иногда так, как я. Иногда по-другому. Да ладно. Все равно уже ничего не изменишь. Мою семью ведь нельзя спасти, так?

Максим ждал, что Хорст скажет что-то вроде «да, уже поздно, поезд ушел». Но бывший подводник вдруг ответил:

- Почему? Пока еще можно.

- Как так?

- Видишь ли, друг. Все, что с тобой приключилось в последние два дня, на самом деле еще не произошло. Это твой дар: предвидение. И сейчас он сработал, как вы говорите, на всю катушку.