Свалка времени. Часть 2. Бродяга

Даже шпионы сгодятся. За мной! Не то я вас шлепну по законам военного времени!

Он прибавил несколько крепких слов и побежал вперед по улице.

Максим остолбенел, но тут же пришел в себя: может быть, Анатолий Фирсов не имеет никакого отношения к его куратору – майору ФСБ Александру Фирсову? Мало ли на свете однофамильцев? Даже Безымянных, наверное, тысячи никак не связанных между собой людей.

И Максим, кашляя, бросился вслед за лейтенантом. Позади, топоча ногами, мчался Петро. Он не отставал, несмотря на возраст. Хорошая у него дыхалка!

Когда же Максим пробежал улицу, и дымное покрывало снесло ветром в сторону, он во второй раз за день лишился дара речи.

На этот раз его потрясла увиденная картина.

Сразу за разбитыми домами раскинулась черная, словно устланная бархатом равнина. То было выжженное, сгоревшее дотла пшеничное поле. Посередине его накренился в сторону размотанной гусеницы угловатый танк с полукруглой башней – чешский Панцер-38. За сотню метров до него бархатное покрывало резала надвое глубокая траншея, одним концом упиравшаяся в лес, вторым – в станционный поселок.

Повсюду валялись тела – неподвижные, безжизненные фигурки. От смрада разлагающихся трупов тошнило, но все же Максим кое-как сдержался и даже глотнул воды из фляги. Вот оно какое – лицо войны.

- Сейчас что, сорок первый год? – невольно вырвалось у него.

- Вас контузило? – без сочувствия сказал Фирсов. – Сорок второй. Лето, июль. Немцы рвутся к Кубани. Мы должны удержать рубеж. Если они перережут железную дорогу… сами понимаете, что будет.

Никто не удержит гитлеровцев. Армавир, Ставрополь, Майкоп будут захвачены. Мы не должны этого допустить!

- Втроем?

- Вместе со сводной ротой, - Фирсов указал на траншею и Максим увидел живых бойцов: люди в круглых касках прятались за погибшими товарищами, соорудив из тел что-то вроде бруствера. Жуткое зрелище.

- У меня нет артиллеристов, - продолжил Фирсов и ткнул пальцем в сторону двух противотанковых пушек на правом фланге. – Вы по виду головастые, разберетесь.

Не то, что деревня в окопах.

Максим снял с ближайшего мертвеца каску и нахлобучил ее на голову. Петро побелел:

- Ты не боишься?

- Отбоялся уже. Тебе советую сделать то же самое, если жить хочешь.

Фирсов, напротив, одобрительно кивнул:

- Молодец. Сейчас немцы оправятся, и начнется новая атака. Дуйте к орудиям оба. Я в траншею, прикажу пулеметчикам отсекать пехоту. Вы бейте по танкам. И по пехоте осколочными!

Максим схватил за руку Петро и бросился к орудиям.