Свалка времени. Часть 2. Бродяга

– К лесу! Только к лесу!

Он подхватил пистолет Фирсова – еще один никому не нужный в Зоне ТТ, вскочил на тягач и провалился в люк командира, едва не налетев на пулемет в переднем бронелисте. Краем глаза Максим заметил, что из-за дыма показались еще два немецких танка.

Петро рванул «Комсомолец» вперед. Тягач резво добежал до леса, сбросил ход и пополз по чащобе, ломая бронированным корпусом мелкие деревца. Немцы не преследовали уходящую машину: очевидно, у них были дела поважнее.

Рюкзак и ружье мешались. Максим кое-как извернулся и сбросил вещи к ногам, прямо на кожух бортовой передачи.

Петро же ухитрился засунуть карабин за спину, в моторный отсек: дуло грозно выглядывало из-за спинки кресла. Интересно, догадался ли преподаватель разрядить оружие?

Максим достал пистолет НКВДшника, приоткрыл верхний люк и принялся его разглядывать. На затворе тускло блестела золотая гравировка: «Фирсову от наркома Ежова за беспощадную борьбу с контрреволюцией. 1937 год».

Со лба скатилось несколько капель крови. Они расплылись на затворе, просочились в канавки гравировки и запачкали золотые буквы.

Впоследствии Максим так и не смог их отмыть. А может быть, просто не хотел.

Через час неспешной езды Петро остановил тягач: стало темнеть так быстро, словно кто-то резко повернул реостат.

- Что делать, Проводник? – спокойно спросил преподаватель.

- Ничего. Придется ночевать в машине. Фары лучше не включать. Надеюсь, у тебя есть пластиковая бутылка?

- Мы вырвались? Вырвались из… сорок второго года?

Максим захлопнул верхний люк и повернул задвижку.

Потом закрыл передний люк водителя.

- Наверное, да, - наконец ответил он. – Я не слышу стрельбы. Да и стемнело почти мгновенно. Завтра видно будет.

Петро включил фонарь и ахнул:

- У тебя все лицо в крови.

Максим снял каску и осмотрел отверстие:

- ТТ хорош. Под таким углом пробить – это надо суметь! Но если бы не каска, валялся бы я сейчас без мозгов.

- У тебя ссадина через весь лоб.

- Фирсов все же попал в недобитую контру. А я и не заметил, - усмехнулся Максим.

Теперь он почувствовал, что лоб ощутимо саднит. – У тебя есть аптечка?

Вместо ответа Петро вытянул марлю и бинт. Максим достал из кармана рюкзака пару здоровенных, как лопухи, листков «зоновской» крапивы.

- Лучшее лекарство! Обеззараживает, останавливает кровь, снимает воспаление, стимулирует регенерацию клеток. Я иной раз думаю заняться бизнесом: начать производство омолаживающих масок. Озолотиться можно!

- Ты все шутишь, - Петро занялся перевязкой.