Институт. Часть 3. Ночи Охоты на Призраков

— Что случилось?

У него прыгали губы, и руки — Эва чувствовала это — ходили ходуном.

— Быстрее... пока н-никто не видит...

Вокруг и правда уже никого не было, и они быстро зашагали в дальний конец коридора. Перед самой дверью Ланс выпустил её руку и вдруг достал из-под фланелевой куртки пистолет.

Эва непроизвольно отшатнулась.

— Откуда он?

— Не знаю! — панически озираясь, ответил Ланс и упрятал пистолет обратно.

— Но... он боевой?

— Да! Кажется, да! Не знаю!.. Но он точно такой же, в точности, я... я помню!

Он выглядел совершенно потерянным, таким, точно до сих пор находится внутри безумного кошмара, и Эва испугалась.

— О чём ты?

— Эва! Ты же знаешь, что я не псих! И не... что я не стал бы... что я не могу...

— Да что стряслось?!

Ланс сглотнул, обеими руками убрал со лба светлые волосы и выдавил:

— Я... проснулся, а у меня в руках... а он лежит на полу... и там всё в крови!

— Где?!

Ланс не мог даже вставить ключ в замочную скважину, и Эве пришлось сделать это за него. Они поспешно вошли, и Ланс тут же закрыл замок изнутри, а потом включил свет.

Эве показалось, будто пол уходит из-под ног, желая стряхнуть её, как раздосадованная кошка. Шторы были задёрнуты, а на полу посреди комнаты, лицом вниз, неподвижно лежал человек. Эва видела подошвы его ботинок, неловко подогнутую руку и отверстие под лопаткой. И кровь, конечно. Ланс не преувеличивал: весь пол был в крови. Должно быть, чтобы не наступить в неё, ему пришлось проползти по кровати и тумбочке.

Ланс вжался спиной в угол.

— Данте? — хрипло предположила она.

— Н-не знаю... я его не трогал, но... он лежит точно так же... как был отец, и пистолет...

Это привело Эву в чувства.

— Твой отец? Его... кто-то убил?

— Когда мне было одиннадцать, — простонал Ланс сквозь слёзы. — Я... я... Райт мне клялся, что это был не я...

У Эвы шумело в голове, и лампочка под потолком наливалась сочным, зловещим светом.

— Так, — сказала она и слегка встряхнула Ланса за плечи. — Тихо. Главное... главное — не паниковать.

Её собственный голос прерывался, грозя перейти в жалкий скулёж, но Эва заставила себя смотреть Лансу в глаза, удерживать его взгляд.

— Давай рассуждать логически. Твой отец... умер уже давно. Это не может быть он. Это не имеет к нему никакого отношения.

Глаза Ланса, полные ужаса, ускользнули от неё.

— Но так всё и было, ты не понимаешь...