Враг всего сущего

Число его приятелей и знакомых не  поддавалось исчислению, но я единственный, кого можно с полным на то основанием  назвать другом.

Как только ювелир покинул нас, я переложил честно заработанный  гонорар в бумажник и сказал:

– Лиринна, на сегодня твой рабочий день закончен. Я ухожу  по делам, а ты можешь идти домой. Завтра приходи к девяти утра и не  опаздывай.

Девушка удивилась:

– А как же расследование? Нам ведь надо найти и допросить  эту Никавери.

– Никавери я беру на себя. Лучше позаботься о родителях,  они наверняка с ума сходят оттого, что не знают, где ты была прошлой ночью.

 Передавай отцу от меня привет.

Лиринна надула губки.

– Так нечестно. Мы работаем вместе, и я тоже хочу искать  Никавери.

– Лиринна, не спорь, тебя ждут дома, – сказал я,  немного нервничая. Ослиное упрямство девчонки когда-нибудь доведет меня до седых  волос.

Эльфийка, не говоря ни слова, взяла сумочку и поплелась к  выходу, но все же не сдержалась и, перед тем как уйти, показала язык.

Я хмыкнул,  затем поскреб в затылке. Новых идей от этого не прибавилось.

Идти к Гвенни с пустыми руками не хотелось, поэтому сразу после  того, как я оказался на улице, ноги сами отнесли меня к небольшому магазинчику,  в котором круглосуточно торговали спиртными напитками. Владелец хорошо знал мой  вкус и всегда держал под прилавком бутылочку-другую хорошего вина, какого сейчас  и днем с огнем не сыщешь. Цена не испугала – я снова был при деньгах, и мы  расстались довольными друг другом.

Главное – не забыть включить вино в графу  служебных расходов.

У магазинчика стояла афишная тумба, но вместо привычных анонсов  спектаклей и представлений на ней висели агитационные плакаты с призывом  голосовать на выборах мэра столицы за лорда Риторна. Надо же, как быстро  пролетели пять лет с того момента, как в кресле нашего мэра прочно угнездился  толстый зад маркиза Виттора!

Столица по-своему уникальный город: если в других городах  королевства мэры назначаются специальным королевским указом, то у нас их  выбирают.

Город получил такую привилегию десять лет тому назад, когда городское  ополчение смогло отбить атаку баронов-мятежников, решивших свергнуть королевскую  династию и установить в стране свои порядки. Три гвардейских полка, составлявшие  гарнизон столицы, с позором бежали с поля боя, поговаривали о предательстве  командиров этих подразделений.