Радужный кот

Писк Ваське понравился, он ловкими коготками выхватил «уточку» у Варвары из рук и принялся быстро-быстро стучать по ней лапой, разбрызгивая пену. Уточка не пищала. Кот недоумевающе уставился на хозяйку.

– Эх, ты! Вот так надо, – Варвара нажала ещё раз.

Васька кажется всё понял, и придавил игрушку передними лапами ко дну. Писк из воды донёсся слабый, но кота он устроил. Васька победоносно сверкнул глазами на Варвару и гордо засветился.

– Молодец. А теперь давай мыться.

И она, намочив губку, стала мягко и ласково намыливать ему шерсть.

Кот сначала ёрзал, но быстро привык. А Варвара набрала губкой новой пены и вздохнула:

– Сколько лет прошло. Вон, Димка уже почти жених, а был такой крохотульчик.

Кот был занят уточкой, но из вежливости делал вид, что слушает.

– А Семён вот, совсем не изменился. Как был балбес, так и остался, – Варвара улыбнулась. – Ты не думай, я его люблю. До сих пор помню, как он меня на руках с поля вынес.

Васька на мгновение поднял ухо, но охота увлекала его сейчас гораздо больше чем разговоры.

Он ухватил утку, повалился на бок, и принялся драть её задними лапами, поднимая тучу брызг. Варвара молча подняла и поставила его на ноги.

– Я тогда с парашютом прыгала, – продолжила она свой рассказ, – ногу сломала. А он инструктором был. Красивый, высокий. Приземлился рядом, парашют свой отстегнул, подбежал ко мне. «Болит?» – спрашивает. А я смотрю на него как дура. И глаза у него такие синие-синие. Ничего у меня тогда не болело – шок был. Вот он меня на руки поднял – я, конечно, тогда совсем тростиночка была, не то, что сейчас – и понёс.

До самого автобуса донёс, между прочим, не запыхался почти. Спрашиваешь, почему я прыгала?

Кот с жадностью впился зубами в резиновый утиный нос, но наевшись пены, тут же принялся плеваться.

– От большой любви, Васька. Не к парашютам, конечно. От несчастной. Ох! Большая была у меня любовь… – Варвара усмехнулась, глаза замерли и уставились куда-то в прошлое. Затем она опомнилась. – В общем, Васька, знай, парашютный спорт от несчастной любви – первое средство.

Ну давай теперь, я тебя сполосну.

И Варвара включила душ. Тёплые струи смывали пену. Кот стоял мокрый и тощий и совсем не светился. Только глаза горели жёлтым цветом как пижма в лесу. Васька дрожал.

– Тебе холодно, маленький? Сейчас я тебя закутаю. Что, уточку с собой дать? Ну, сейчас-сейчас.

Варвара завернула кота в махровое полотенце и понесла в комнату на кровать. С дрожащего, совсем уже не радужного хвоста, на пол капала вода.