Кошачий Бог

Тепло, чтобы вот так сидеть на скамейке. Я разглядывал деревья. Их почки распустились, и листья были молодыми и зелёными. Несравненная красота.

Со стороны школы я заметил девушку. Её легкая походка и изящный стан под кислотно-розовым пуховиком выделяли её среди таких же девушек её возраста. Она разговаривала с подругами, иногда смеясь чистым, как река, голосом. Я наблюдал за ней. Ветер обдувал её длинные, каштановые волосы. Наконец она распрощалась с подругами, и краем глаза я заметил, как к подъезду подошла кошка.

Она села рядом со мной на лавочку, поджав хвост. Я ухмыльнулся.

Девушка замедлила шаг, как только заметила меня у её подъезда. «Богиня», — промелькнуло у меня в мыслях. Она шла походкой от бедра, и её тело уже обрело округлые черты женщины, однако всё ещё сквозило ребяческой угловатостью. Руки в карманах. Взгляд остановился на мне. Она подошла ближе. Волнистые волосы лежали на плечах, локон к локону.

Обычно с такой причёской красовались женщины в рекламе шампуня. Бастет села рядом.

— Здравствуйте, дядь Саш... Я вас тут очень редко вижу. Вы теперь из-за того мужчины пришли, да?

— Лиза, если бы ты всегда была такой проницательной, то не стала бы вытворять такое с бедным мужчиной.

— А что, если бы ты узнал, что он совсем не был таким бедным? А, дядь Саш? И вообще, зачем вам нож в обуви?

Я засмеялся. Похлопав себя по ноге и ощущая холодное железо.

Она смотрела на меня своими черными глазами, которые давным-давно сменили цвет. Чертовка всегда спрашивала меня про оружие и про работу. Тут я заметил свежую горбинку на её некогда прямом носу. Девушка заметила взгляд и ухмыльнулась.

— Да хотя бы поэтому тот дядя совсем не был хорошим, — Лиза понизила голос: — А что он творил с другими…

Я вздохнул и так же тихо сказал:

— Бас, аккуратнее. Пока только я сложил два и два. Если об этом узнают другие, то и нам придётся говорить по-другому.

Девушка подняла взгляд, рассматривая окна:

— Да ты уже старый. А маленьких обижать нехорошо, а я маленькая. — Она вновь засмеялась и поднялась со скамейки: — Там мама дома, зайдёшь?

Нам не раз приходилось говорить о её убийствах. Но, как ни странно, преступность в городе заметно уменьшилась. Никто не смог сложить два и два, да и не хотел бы. Бастет хранила очаг во всем городе.