Странные человечки. Страннейшие

Новая разработка наших учёных из «закрытого» института – электромеханическая копия товарища Сталина, простите, ваша копия, Иосиф Виссарионович. Вообще, они работают над созданием механических солдат, но пока образцы недостаточно быстры и защищены. Для боя ещё негодны. Ой, простите, товарищ Сталин.

Поворот большого пальца до щелчка включает дизельный генератор, питающий электротоком сервоприводы, датчики и блок управления. На кольцевой перфоленте записана несложная программа из простых действий.

А чтобы создать впечатление самостоятельности, таймер включает последовательно режимы ходьбы, чтения газеты, чаепития, письма. Ещё они способны ориентироваться в замкнутом пространстве, так что на стены натыкаться не будут и мимо стула не сядут. В общем, как живой – прямо настоящий товарищ Сталин. Ой, виноват, ― оборвал сам себя крепыш в штатском.

― Ничего-ничего, ты прав – савсем, как в зеркало гляжу. Значит, гаваришь, палец до щелчка?

― Так точно, товарищ Верховный Главнокомандующий.

― Харашо! Ты иди, а я сам пасматрю своих двойников.

Переодетый сотрудник НКВД послушно покинул кабинет.

Палец сухо щёлкнул. В груди двойника зашумел мотор, а из поднесённой ко рту трубки вырвался серый дымок выхлопа. Щёлкнули реле, на грани слышимости засвистели сервомоторы, и зеркальное отражение хозяина кабинета и великой страны, шагнуло в сторону оригинала. Иосиф Виссарионович невольно отступил на шаг назад. Не от страха, нет, а от неожиданности и стойкого ощущения, что он оказался в своём давнем кошмаре, где вынужден бороться с самим собой, душить, ломая пальцами собственное дыхательное горло.

Но механический двойник, приблизившись вплотную, остановился, повернулся, с заметным усилием сохранив равновесие, и прошёл мимо Иосифа Виссарионовича. Копия Сталина обогнула массивное бюро, и по-хозяйски разместилась в его рабочем кресле. Иосиф Виссарионович усмехнулся в усы, перед тем, как обратиться к нахальному механизму:

― Маладец, Сосо.

Сразу нашёл своё место. Настоящий Сталин…Электросталин.

Про себя он с трепетом подумал, что, наконец-то, у наших «Кулибиных-Менделеевых» вышло что-то стоящее. Хотя… до Якова Моисеевича Розенштока им ещё далеко. Иосиф Виссарионович подошёл к шкафчику, наполнил стакан прозрачной жидкостью, и залпом выпил. Из бутылочки тёмного стекла он наполнил стакан поменьше, и в несколько глотков осушил и его.