Странные человечки. Страннейшие

И, чаще всего, лучших разбирают здоровенные работяги, а нам, конторским, достаются либо престарелые уборщицы, либо дворничихи с огромными ручищами. Мне скоро никакие межполовые талоны не понадобятся, ― Леонид начал задыхаться от возмущения и обиды.

Он попытался расстегнуть пуговицу на воротнике, но та оторвалась, и укатилась под стол.

― Ну, вот. Одежду, видите, какую выдают – на лоскутья рассыпается. А у Ивана Арнольдовича несколько прекрасных костюмов, которые годами не линяют и не изнашиваются.

Хозяин кабинета звякнул пробкой графина, который тускло мерцал гранями на фоне окна.

Крепкая ладонь с пятнами мозолей на костяшках пальцев опустила полный стакан перед Леонидом.

― Выпейте водички. Хорошая вода, ключевая.

Леонид жадно осушил гранёный стакан, громко выдохнул, и продолжил:

― А жилые капсулы? У него там помещается кровать, стол, личные туалет и душевая кабина. У меня же – только кровать и тумбочка. Самое обидное, что, благодаря успехам нашей медицинской науки, мы живём по сто пятьдесят лет в среднем.

Вы только представьте, сколько мне ещё терпеть эти талоны с серым контуром, общий клозет, и «доброе утро, Лёня»? Неужели наши прапрадеды дрались, рассыпаясь на куски в радиационном аду, стремились к установлению коммунизма на всей Земле, и победили, ради такого будущего? Денег нет, собственности нет, но и равенства по-прежнему нет. Я – долбанный клерк, бьюсь, как муха о стекло, а ничего не меняется. Я уже думал убить себя, но не смог, как не смог и навредить начальнику. Вы – моя последняя надежда.

Силуэт выстучал короткую дробь пальцами по столешнице, и хлопнув ладонью по листу бумаги, протянул его Леониду.

― Для начала заполните анкетку. Что ж, предательство организовать можем, причём с минимальным вашим участием. Расчистим для вас жизненное пространство. Однако, хочу сразу отметить – бесплатно не работаем, и талоны, особенно с серым контуром, к оплате не принимаем. Внимательно вас выслушав, я не понимаю, чем вы могли бы меня заинтересовать? Внешнеторговые чеки? Бессрочные топливные карты на предъявителя? Или мы напрасно время теряем?

― Нет, нет, я бы не стал…, ― Леонид воровато осмотрелся, и вытащил из-за пазухи матерчатый свёрток.

Размотав узелки, он высыпал на стол тускло засиявшие кольцо, две броши и цепочку толщиной с мизинец.

― Недавно я узнал новое слово: «семья». Возле конторы меня встретила какая-то старуха, отдала этот свёрток, и сказала, что это принадлежало моей семье.