Часы звёзд. Серебряная королева

Эту переправу Зуби преодолел на четвереньках, глубоко впиваясь когтями в кору дерева. Имоджен уже забыла, насколько остры когти скретов! Она знала, что Зуби их друг, но всё равно невольно поёжилась от страха.

Луч фонарика мобильного телефона не доставал до противоположного берега, но Имоджен услышала, как Зуби спрыгнул на землю, и полезла на корни поваленного дерева. Все её движения были резкими, лихорадочными – ей не терпелось увидеть лицо мамы, когда она предъявит ей фотографии, и доказать, что Марк неправ.

«Они не смогут отмахнуться от фотографий Колсанейского леса! – думала Имоджен, медленно продвигаясь по стволу.

Она слышала, как Мари пыхтит позади неё. – И ещё я сделаю хорошую фотографию Зуби! Ему это никак не повредит, ведь к этому времени его уже не будет в нашем мире».

Она спрыгнула с дерева, тяжело приземлившись на твёрдую землю. Здесь, на дикой стороне реки, было как будто холоднее. Растения выжидали под землёй, спрятавшись в своих луковицах. Деревья притворялись мёртвыми, чтобы зима их не заметила.

Имоджен помогла Мари слезть со ствола, потом снова переключила своё внимание на бабочку. Она взволнованно металась над головой Зуби.

– Не волнуйся, я уже иду, – сказал скрет хрипло-сиплым голосом, и они снова пустились в путь.

Когда Имоджен обернулась, чтобы посмотреть на Мари, ей показалось, будто она что-то заметила в кустах.

– Что там такое? – Она направила на куст фонарик.

Мари всмотрелась в темноту. Зуби взметнул когтистые руки, приготовившись к нападению.

Но вокруг всё было тихо.

Вдруг из зарослей плюша выпорхнул дикий голубь, несколько раз в панике взмахнул крыльями и улетел.

– Безмозглый серый пухляк, – проворчал Зуби. – Но мясо у него вкусное, сочное.

Имоджен открыла было рот, но сейчас было не время расспрашивать Зуби о том, питался ли он лесными голубями, – бабочка уже улетала. Скрет бросился за ней, и девочки поспешили следом.

Бабочка привела их к огромному дереву, которое Имоджен узнала мгновенно, даже без листьев, ведь в его стволе была дверь.

Высотой она была как раз в рост скрета, а значит, подходила и для человеческих детей.

Сердце Имоджен забилось вдвое чаще.

Зуби убрал с порога листья, орудуя когтями, как граблями.

– И всё-таки не думаю, что вам стоит идти со мной, – в последний раз предостерёг он. – В этот раз мезимура прилетела сюда не за вами.

Бабочка уже ползла к замочной скважине, её крылышки сверкали в свете фонарика.

– Чем мы можем подпереть дверь? – спросила Имоджен.