Часы звёзд. Серебряная королева

Стражи не посмеют его разбудить без крайней необходимости.

– Но ты же король, – не поняла Имоджен. – А он всего-навсего твой советник. Он не может тебе приказывать!

– Ты не знаешь Подхализля, – пробормотал Миро, бросая одежду на кровать.

Имоджен потянулась к вещам, привлечённая видом парчи и золотого шитья. Здесь были штаны, тёплая стёганая куртка, жёлтый кушак и сапоги на меху.

– Спасибо, – сказала она.

Боль в груди никуда не исчезла, она оживала всякий раз, когда Имоджен думала о Мари, но ей стало спокойнее от мысли, что Миро будет рядом.

– Почту за честь помочь, – величественно ответил король.

С этими словами он на цыпочках вышел из комнаты.

Имоджен оделась в тусклом свете занимающегося утра. Вчерашняя одежда грудой валялась на полу. Свитер. Куртка. Джинсы. Мама всегда сердилась, когда вещи бросали вот так.

– Кто ты такая? – шутила она. – Девочка или змея? Выглядит так, будто ты только что сбросила старую кожу!

Застёгивая плащ, Имоджен невольно подумала, что мама была отчасти права, ведь сейчас она действительно сменила кожу.

Оставалось надеяться, что новая версия Имоджен окажется лучше прежней – той, которая притащила Мари к двери в дереве, а потом крепко уснула и даже не открыла глаз, когда её сестру похитили и увезли в горы.

Имоджен вытащила из-под кровати волшебные часы, задула свечу и вышла из комнаты.

Солнце ещё не встало, но его лучи забежали вперёд, залив золотом спящий город и раскрасив горы фиолетовым.

Марк и Миро ждали на улице, в компании лошадей и озадаченного королевского стража.

В первое мгновение Имоджен не узнала друга своей матери. Вместо костюма на нём была туника и плащ. Лакированные туфли сменились на отороченные мехом сапоги. Марк сделался неотличим от местных жителей.

Миро тоже изменился. Он выглядел счастливее, живее. Он прыгал по брусчатке мостовой, как будто у него на щиколотках выросли маленькие крылышки.

– Вот это твой, – сказал он, подводя к Имоджен пони.

– Я думал, он для леди Ропучки, – удивился страж, с ног до головы оглядывая Имоджен.

 – То есть для настоящей леди Ропучки.

Он перевёл взгляд с короля на особняк Подхализля, не в силах решить, какому господину ему следует повиноваться.

«Пожалуйста, не буди Подхализля!» – взмолилась про себя Имоджен.

К седлу пони были приторочены дорожные сумки, и Имоджен заглянула в одну из них, торопясь узнать, что Миро собрал в дорогу. Один мешок был набит едой – копчёным мясом и головками сыра в восковой оболочке.