Орден Сталина

В первый раз конвоир следил за узницей, чтоб та не взглянула на своего товарища по несчастью, а вот во второй… Анна не поняла, случайно ли вертухай отвлекся, или ему дано было специальное указание: позволить арестантке взглянуть.

Дар коротких предвидений покинул Анну еще в тот момент, когда «воронок» увозил ее с Центрального аэродрома, и она не могла даже смутно представить, что именно увидит, а не то за все сокровища мира не стала бы оборачиваться. Но – она обернулась.

Мимо Анны по коридору вели – с опущенной книзу головой – одного из тех молодых операторов, которым она позавчера давала указания на аэродроме: парня двадцати трех лет от роду, крепко сложенного, русоволосого, с голубыми глазами.

Только теперь у него оставался один глаз – правый. На месте же левого глаза зияла окровавленная дыра, тогда как глазное яблоко, болтаясь на какой‑то ниточке, билось о его небритую щеку. Сказать, что узник шел, было бы неверно: перемещался он за счет поочередного перетаскивания не отрывавшихся от пола ног – так тянет за собой задние лапы пес, которому врезали по спине обрезком водопроводной трубы.

Если бы молодой человек поднял на нее глаза (глаз), Анна, возможно, лишилась бы чувств. Но нет: парень с заложенными за спину руками проследовал мимо, начальницы своей явно не заметив. И арестантка, ступая размеренно, как механическая кукла чернокнижника Брюса, двинулась дальше.

Последовавшее далее происшествие случилось, когда между Анной и ее бывшим подчиненным было уже не менее двух десятков шагов.

И вначале она не поняла даже, что произошло, только услыхала сдавленный и удивленный вскрик, а потом – тяжелый топот ног, обутых в сапоги.

– Стоять на месте, лицом к стене! – распорядился охранник, конвоировавший Анну.

Однако он при этом не следил за узницей: голова его была повернута в противоположную сторону. Так что красавица‑кинооператор вновь получила возможность удовлетворить свое любопытство. Представшая ей картина оказалась такой, что у Анны мелькнуло в голове: может, она всё‑таки потеряла сознание и теперь видит обморочный сон?

Парень с выбитым глазом, только что едва переставлявший ноги, теперь несся по коридору к тупиковой, торцевой его стене.

А следом за ним мчался, не в силах его догнать, ополоумевший от подобного поворота событий конвоир.

«Да как же он так летит?..» – в смятении подумала Анна, а затем склонилась к полу, упершись в него руками, точно бегун, берущий низкий старт. Аннин конвоир этого ее маневра даже не заметил.