Дело о стаях

— Он мёртв, — докладывает Демид и Слава морщится на мгновение чуть сильнее сжимая перепачканные в чужой крови пальцы на рукояти. — Я потороплю Сабину, хорошо?

Не дожидаясь разрешения, Демид ныряет рукой в карман, выуживая оттуда мобильник и отступая.

— Поищи у Леонида ключ, а? Богдана бы отстегнуть...

— А ещё найти одежду...

— Найди ключ, перекидывайся и вали, — обривает Става продолжая удерживать Германа на мушке. — И Богдана забери с собой.

— Тебе нужен будет свидетель, — отказывается Богдан, приваливаясь к спинке кровати.

— Прекрасная сыновья любовь, — усмехается Герман, расслабленно прижимаясь спиной к боку кровати. Будто и не смотрит на него сейчас дуло заряженного пистолета. — Любишь, растишь, а в итоге тебя предают и хотят убить.

— Взаимно, отец.

Звякает металл, когда Богдан чуть приподнимает прикованную к спинке руку.

— Набери Риту, — просит Слава устав слушать.

Постепенно все полученные травмы дают о себе знать. Ноет плечо, где под старым пластырем ещё не зажил порез, ворчат рёбра, что приняли на себя несколько ударов, но больше всех болит, пульсируя, бедро, хоть пуля и задела его по касательной.

Только вот Демиду наверняка ещё хуже и именно понимание этого заставляет стоять ровно.

К уху прижимается мобильник и гудки в динамике обрываются немного сонным голосом Риты.

«Пора заканчивать», — решает Слава, прежде чем попросить, не давая Рите задать кучу ненужных сейчас вопросов:

— Привет. Я понимаю, что уже поздно и ты уже дома, но... Мне нужно чтобы ты связалась с местной полицией.

Маячок я включил, так что шли их прямо сюда. Скажи, что тут труп, удержание заложника и постарайся сделать так, чтобы меня не посадили, хорошо?

Слава отстраняется от трубки, не слушая, что скажет ему Рита.

— Я выйду ещё до суда, — обещает Герман и Слава усмехается, отзываясь:

— Посмотрим.

Свободы Германа он не допустит.

Глава 21

Столица встречает их небольшим снегом и лёгким морозцем, так что стоит выйти из машины и ветер тут же пробирается внутрь, игнорируя куртку.

Подхватив на руки Аню, Слава ныряет в подъезд, морщась на каждом шаге. Благодаря обезболивающему и отсутствию особой активности он успел немного забыть о раненом бедре, но теперь оно напоминает о себе неприятной болезненной пульсацией.

Спустя несколько недель отсутствия квартира кажется незнакомой и немного чужой. Даже запах меняется.

— А я точно не помешаю? — оглядываясь, тихо спрашивает Богдан, и Слава качает головой.

— Нет.