Дело о стаях

— А должны за серию убийств, — сплёвывает Слава, в пару глотков допивая воду. — Ты разве не хочешь, чтобы он ответил за смерть твоей семьи?

— Я хочу, чтобы ты не гробил себя. Но ты же никогда не слушаешь.

Скрестив руки на груди, Демид ещё сильнее хмурится, недовольно поджимая губы.

— Хочешь обсудить мои косяки? Мне ведь тоже есть, что тебе предъявить, Демид.

Слава копирует позу и получает в ответ лишь усталый вздох.

— Хорошо. Не сегодня. Идём спать.

— О чём вы говорили с Богданом? — спрашивает Слава, прежде чем Демид успевает подняться, но вместо ответа получает расплывчатое:

— Волчьи дела.

— Демид, — ворчит Слава и тот лишь пожимает плечами.

— Слав, мы просто поговорили о том, чего ему стоит ждать и что его тревожит, о том, что он может по любому вопросу подойти ко мне или к тебе. Я рассказал, как примерно пройдёт его первое полнолуние, хотя сам не могу точно сказать. Вся моя семья, да и Аня, все они рождённые...

— Всё будет хорошо. Мы все будем рядом.

— Не уверен, что тебе стоит, — Демид снова хмурится.

— Он мой брат, Демид, — Слава мягко толкает под столом чужую ногу. — Я должен быть с ним в его первое полнолуние. С вами всеми. Мы же стая. Да и... — он ехидно улыбается, поддевая. — Я имел дело с оборотнями в нестабильный подростковый период, что мне какое-то первое полнолуние, когда ты будешь рядом?

Демид усмехается, видимо вспоминая прошлое, и Слава засчитывает себе плюсик. Волк расслабился и перестал хмуриться.

— Идём спать, пока утро не наступило.

* * *

Утро наступает с громкой мелодии рингтона и Слава шарит по полу в поисках телефона, а когда находит, щурится на ярко вспыхнувший экран. Звонок успел сорваться, но имя звонившего остаётся в памяти.

Протерев глаза и оглядевшись, Слава замирает, напряжённо вслушиваясь, и расслабляется, лишь услышав тихие шорохи со стороны кухни. Его стая дома.

Упав обратно на подушку, Слава перезванивает.

— Прости, не успел взять трубку. Какие новости, Рит?

— Я получила твои письма.

Ему не нравится уже тон её голоса и этот усталый вздох в конце. Слава вновь подбирается, садясь на постели и готовясь слушать. В голове мелькают самые разные догадки, но все они крутятся вокруг двух вариантов: Герман либо сбежал, либо его по какой-то причине отпустили или вот-вот отпустят.

— Говори, — торопит Слава и Рита выдыхает:

— Герман мёртв. Убит в камере.