АнгелАда

Невидимые тени попадались все реже, даже боковым зрением я уже не улавливала их присутствия. И прохладно становилось так, что меня уже с трудом согревала тоненькая осенняя курточка. Река заканчивалась подземным гротом и далее уже продолжала течь под землей. Каменный зев походил на пасть гигантского зверя, сверху нависали сталактитовые клыки, а вода, уходящая под землю, становилась совсем черной, как нефть.

Том влез на нагромождение булыжников, обрамляющее реку, а я вопросительно посмотрела на него. Он подал мне руку и помог вскарабкаться на скользкие камешки.

— Нужно плыть, — вдруг произнес он.

Меня передернуло. Как-то не располагала погода к купанию. А мысль о том, что придется нырять в пещеру, в эту черную гладь, повергала меня в ужас.

— А где же этот, перевозчик, Харон? Как мы плыть-то будем? Холодно же!

— Харон перевозит через Стикс, иногда еще через Ахеронт, если ему по пути будет. И только платежеспособных мертвых. А это — Коцит. Река плача. Ее ледяные воды текут прямо в мрачные чертоги Эреба, — он с усмешкой посмотрел на меня, — Не бойся, в этом месте нельзя умереть, так что ты не замерзнешь насмерть.

И благодари судьбу, что нам не нужно будет перебираться через Флегетон.

— А что не так с этим Флегетоном?

— Ну, как тебе сказать, ты когда-нибудь видела жидкий огонь? Вот так примерно и выглядит Флегетон.

— Понятно, — буркнула в ответ.

Том тяжко вздохнул и продолжил говорить:

— Ледяная вода — не самая большая неприятность, какую несет Коцит. Это река плача, река слез.

Ни в коем случае нельзя пить ее воды. Захлебнешься слезами. К холоду ты как раз привыкнешь быстро, но если сделаешь хоть один глоток, уже не выплывешь.

Осторожно наклонившись, я окунула кисть в воду. Брр, ледяная. К такому, пожалуй, никогда не привыкнешь, и уж представляю, как трудно будет не разжать случайно рот, стуча от холода зубами зубами.

— Я туда не полезу, — заявила решительно.

— Думаешь, у тебя выбор есть? — усмехнулся Том и легким движением подтолкнул меня в спину. Я попыталась ухватиться за него, но он вдруг прыгнул в воду, а я зашаталась, балансируя на скользком камешке, и с визгом повалилась следом.

Ледяная вода мгновенно сковала мышцы, судорога прошлась по телу, конечности свело от холода. Я не могла плыть. Даже пошевелиться было невыносимо больно, словно меня вморозило в глыбу льда. Но под воду мне не дала погрузиться железная хватка Тамиэля. Ухватив за шиворот, он потащил меня в темноту, удерживая на мою голову над поверхностью.