Арлекин

Чего сразу убили? Всякое может быть и смотря чем разговор закончился. Но, у Лидера ныкатся резона никакого не было. Но то, что найти его никто не может это факт. Я своих за ним отправлял, он как под землю провалился.

- Завтра стрела, наши вас зовут, если мы теперь под вами ходим.

- Завтра я занят – покачал головой Михалыч – перебивайте стрелу на неделю.

- Как? – не понял я.

- Что как? Лидер решать должен, его ждать будете неделю, если не объявится тогда и стрела.

- Так нас перебьют за это время.

- Я тебе зачем волыну дал? – поднял бровь Михалыч – они хоть и беспредельщики, но пуле то все равно.

- Понял, переносим стрелу на неделю и эту неделю стараемся не подставиться.

- Как-то так. Гном за тобой с утра заедет, пояснит что да как. К этим сам не суйся, я тебе номер телефона дам, позвонишь перебьешь стрелу. Если не согласятся, сразу посылаешь на Х..й. после такого, они быстро нарисуются как раз мы их и встретим. Гном рядом чтоб был, когда звонить будешь.

- Прямо так и послать? – задумался я, такое обычно не прощалось, к понятиям «низы» тоже относились с должным пиететом и уважением.

- Как сказал, так и сделаешь. Хватит с ними в игры играть. Решено их подергать.

Подергать, оказалось шестеро уркаганов с двумя автоматами и пистолетами. После ожидаемого результата разговора, я как было условлено послал говорившего с другой стороны на три буквы. В ответ прозвучало «подожди щас подъедем» и ожидаемые гудки в трубке.

Встреча как-то сразу не задалась. Бойцы Михалыча уже были на подъезде у дороги.

- Вот и все – спокойно сказал, рядом стоящий со мною Гном – своим скажи, чтоб по домам сидели и не шлялись никуда. У вас с «низами» теперь война.

Своим я конечно сказал, за что чуть не получил от Антохи. Получалось, что Михалыч нами прикрылся. Но остыв, все согласились залечь на дно и не отсвечивать, пока бандиты друг друга не перестреляют или Лидер не появиться.

- Как теперь на улицу то выходить? – сокрушался Крыс, когда мы с ним шли к Саньку.

- Никак – отрезал я – надо бы послать кого, узнать, чем стрельба закончилась.

- Так музыканта сейчас и снарядим, ему не впервой – оскалился Крыс.

Со слов нашего лазутчика, три машины были изрешечены пулями. И говорливые тетки обсуждали количество загруженных в скорые трупов.

- Не томи – толкнул музыканта в плечо Санек – сколько положили?

- Говорят девять. Никто не дышал, у всех головы прострелены.