Дневной дозор

– Кто посмеет тебе такое сказать?

Завулон долго смотрел мне в глаза.

– Найдутся, Аля. Прошлый год был очень тяжелым для Дозора, и многие не прочь увидеть меня униженным.

– Тогда не надо, – быстро сказала я. – Не надо рисковать, восстановлюсь сама потихоньку...

– Надо. Не беспокойся, девочка моя.

Меня всю перевернуло от его голоса. От спокойной, уверенной силы.

– Ну зачем ты так рискуешь ради меня? – прошептала я. Не ожидая ответа, но Завулон все-таки ответил:

– Потому, что любовь – это тоже сила.

Большая сила, и ей не стоит пренебрегать.

ГЛАВА 3

Странная вещь – жизнь.

Еще сутки назад я выходила из своей квартиры: молодая, здоровая, полная силы – и при этом несчастная ведьма.

А полдня назад я стояла в офисе Дозора: изуродованная, лишенная надежды и веры в будущее...

Как все изменилось!

– Хочешь еще вина, Алиса? – Павел, мой провожатый, заискивающи заглянул в глаза.

– Немножко, – не отрываясь от иллюминатора сказала я. Самолет уже начал снижение на посадку в аэропорту Симферополя.

Старенькая «Тушка» поскрипывала, медленно заваливаясь на крыло, и лица пассажиров были скорбно-напряженными. Только мы с Павлом сидели совершенно спокойно – безопасность полета проверил лично Завулон.

Павел подал мне хрустальный бокал. Разумеется, бокал был не из реквизита стюардесс, как и наполнявший его южноафриканский сотерн. Похоже, к своей миссии немолодой оборотень отнесся более чем серьезно. Он летел отдыхать на юг к кому-то из своих знакомых, но в последнюю минуту его сняли с рейса на Херсон и поручили сопровождать меня до Симферополя.

Слухи о том, что мои отношения с Завулоном вернулись в прежнее русло, явно успели до него дойти.

– Давай за шефа, Алиса? – спросил Павел. Он так старательно заискивал, что это даже становилось неприятно.

– Давай, – согласилась я. Мы чокнулись, выпили. Прошла мимо стюардесса, проверяя в последний раз застегнуты ли ремни, но на нас даже не посмотрела. Заклятие незначительности, наложенное Павлом, все-таки работало.

Даже этот убогий оборотень сейчас был способнее меня...

– Все-таки нельзя не признать, – отпив вина сообщил Павел, – что отношение руководства к сотрудникам у нас на высоте!

Я кивнула.

– А Светлые... – он вложил в слово столько презрения, сколько было в его силах, – куда большие индивидуалисты, чем мы!

– Не передергивай, – сказала я. – Вот это, все-таки, неправда.