Хранитель Изнанки

Антрацитовые капли срывались вниз и, столкнувшись с поверхностью, противно шипели.

— Здравствуй, брат, — высокий гулкий голос то ли родился в моей голове, то ли пришёл из окружающего пространства. — Признаться, я соскучилась.

Существо замерло напротив меня. У него по-прежнему не было глаз и рта, но я ощутил на себе пристальное внимание, от которого вдруг стало не по себе.

— Т-ты новый хранитель? — язык заплетался.

Пространство взорвалось пронзительным стаккато, словно кто-то заливисто засмеялся.

— Ты забыл, что я не играю в твои дурацкие игры? — хохотнуло отовсюду.

— Ты... ну, конечно! Ты же не помнишь! Мой бедный глупый братец, наложивший на себя забвение. Так тебе легче мириться с собственной сутью. Но долго ли ты протянешь?

— Что ты несёшь? — недоумевал я. — Какое забвение, какая суть?..

— А то я не знаю, что каждый раз, выходя отсюда, ты оставляешь у лифта эту смешную блестяшку, медальон хранителя, как напоминание себе. Как возможность сделать правильный выбор. Ты устал, тебя тошнит от этих кукол, которых ты называешь братьями, и всё равно ты раз за разом идёшь на это.

Ради чего, ответь мне?!

— Хранители... — всполошился я. — Я их больше не чувствую. Тебе что-то известно?

— Да здесь они, твои болванчики, — насмешливо произнесло существо. — Все как один явились сегодня. Обернись.

Медленно, с опаской косясь на существо в бассейне, я повернулся. Туман развеялся, будто и не было его вовсе, оставив после себя коридор из замерших фигур. То, что я ранее принял за статуи, оказалось человеческими телами, застывшими будто на фото.

Я пригляделся к ближайшему ко мне мужчине и обомлел. Высокий лоб, нос с горбинкой, миндалевидные карие глаза... Тео... Всемогущая изнанка, это был Тео! Напротив него стоял толстяк с рыжей взъерошенной копной волос, хитрым прищуром оливковых глаз и кривой ухмылкой — Аро, Хранитель Василеостровского Источника.

Я переходил от одного к другому, заглядывал в глаза, касался одежд, не понимая — живы они или мертвы. Все семнадцать братьев были здесь. Но не только они.

.. В последующих фигурах я с ужасом опознал ушедших хранителей: Дор покинул нас прошлым летом, а во-о-н тот, Лур, три года назад. А где-то там, вдалеке, серебрился ирокез Айна — одного из старейших, как поговаривали, хранителей Изнанки.

Что-то надломилось во мне. Я осел, уткнувшись взглядом в пол. Слабость и какое-то удушливое отчаяние захватили меня целиком.

— Поч-чему... они... такие? — едва слышно выдохнул я.

— Куклы — они и есть куклы. Послушные, но мёртвые.