Вавилонский бурелом

Лучше бы пособачились от души, поорали бы, наговорили гадостей, поплакали, а после помирились, либо вообще обходили бы друг друга стороной. Но нет. Иногда мне казалось, что Кира мне так изощрённо мстит. Вот, мол, смотри, какая ты сука, что увела под венец парня подруги, а она – вся белая и пушистая, ни слова упрёка! И порвать я с ней не могла. Так и тянулась наша дружба без дружбы.

— Скажите, — Рина воспользовалась образовавшейся паузой, — вы не заметили в подруге каких-либо изменений в последнее время?

— Год назад Снорри ей всё про нас рассказал, — Наташа посмотрела на супруга, и тот солидно кивнул.

— Да, как раз в июле. Я в принципе женщин никогда не обманывал, — проговорил гном, — полюбил другую, сразу сказал.

— Кира тогда за границу отдыхать ездила, — продолжала его жена, — а приехала, вроде бы как ни в чём не бывало.

— Она тогда стала мистикой интересоваться?

— Да, — кивнула Наталья, — я ещё подумала, что у неё новый парень. Когда Кира со Снорсом встречалась, у неё с языка автомобили и гонки не сходили.

Перед ним бизнесмен был, и она биржевыми индексами да котировками сыпала. А в прошлом году в Кирину жизнь вошли чародеи.

— В каком смысле?

— В смысле всемирного заговора, — чуть улыбнулась Наталья, — она всё повторяла, что чародеи имеют теневое мировое правительство, что они стоят за всеми войнами и катастрофами, что происходят на планете. Представляете, — она покачала головой, — Кира считала, будто и наш император Александр – тоже тайный чародей. Я, как и большинство людей, ничего о чародеях не знала, считала их, то есть вас, — поправилась она, — чем-то вымышленным, навроде инопланетян или рептилоидов.

Кира к весне повеселела, Снорри сказал, что она начала с Александром встречаться, и у него на неё серьёзные виды. Про кольца и свадьбу речь шла.

— Скажите, Наталья, — проговорила чародейка, воспользовавшись паузой в воспоминаниях, — почему вы считали, что с вашей подругой может случиться несчастье?

— Потому что серьёзные намерения были только у Кудряшова, — грустно покачала головой супруга автомеханика, — а Киру распирало от нового увлечения.

Она темнила, но намекала на большого человека из губернии. Говорила о состоявшемся, знающем себе и другим цену мужчине. Рассуждала о несправедливости нашего общества, где чародеи захватили власть и не пускают в свой круг новые таланты. Мол, наследственность пора низвести с пьедестала, что бывают и самородки. Полагаю, именно такой «самородок» и морочил ей голову в тот момент.