Тайны старой аптеки

К тому же мадам Клопп и так себя наказывает, ведь не случайно же ей снятся кошмары о том, что она совершила…»

Он так задумался, что едва не наступил на ступеньку, сплошь покрытую чем-то липким.

«Вот зачем Лемюэль послал меня запереть чердак. Чтобы я поскользнулся и упал с лестницы! Это очередная его мелкая подлость…»

Переступив коварную ступеньку, Джеймс поднялся на третий этаж и подошел к двери чердака. Та и правда была открыта. Собираясь запереть ее, он вдруг подумал: «А что это за монстр, о котором говорил Лемюэль? Это была просто неудачная шутка?»

Решение возникло само собой.

Джеймс быстро преодолел узкую темную лесенку и оказался на чердаке. Огляделся…

На чердаке все было по-прежнему: старые вешалки, ржавый трицикл, столы мастерской Лазаруса Лемони и…

Джеймс замер. Дверь черного несгораемого шкафа была приоткрыта.

– Вот ведь странность…

Любопытство толкнуло его вперед, он подошел и осторожно потянул дверь на себя.

Ржавые петли заскрежетали, будто захихикали.

Джеймс ожидал увидеть в шкафу старый хлам, о котором говорила Хелен, возможно, какие-то ценности семейства Лемони или даже склянки с тайными или запрещенными лекарствами, но там было кое-что другое.

Вернее, кое-кто.

В несгораемом шкафу стоял… с первого взгляда Джеймс решил, что перед ним автоматон. Еще один аптечный автоматон. Вот только чем дольше он на него смотрел, тем больше убеждался, что это не простой механоид.

У механоидов не бывает человеческих лиц!

Стоявшему в шкафу джентльмену на вид было около сорока лет, хотя его лицо напоминало сморщенный чернослив.

Один глаз джентльмена был закрыт, а другой представлял собой вживленный в кожу латунный монокуляр с пыльной линзой. У обладателя монокуляра были длинные подкрученные усы и острая треугольная бородка. Собранные в недлинный хвост волосы охватывал бант – такие прически когда-то были довольно расхожи в среде военно-морских и военно-воздушных офицеров – до полного сходства не хватало только треуголки. Зеленый костюм-тройка между тем почти не отличался от тех, какие носили сейчас: долгополый сюртук идеально сидел по стройной фигуре, но пышный изумрудный галстук был повязан не вокруг воротника рубашки, а прямо вокруг металлической шеи. Висевшие вдоль тела руки джентльмена представляли собой латунные конечности автоматона.

Джеймс неожиданно поймал себя на том, что знает, кто перед ним. Он видел фотокарточку этого джентльмена в альбоме, хоть на ней оба глаза у него и были обычными, человеческими.