Испод. Монстр в Париже

Неужели вы на моем месте поняли бы все за одно мгновение?

Сыщик задумался. Теперь он знал что такое абсолютная тишина и даже мог представить, как сложно было бы общаться в шумоизоляционном костюме с окружающим миром, если бы не чудесная сила бабеллита. Наверное, одно касание к этому камню могло бы исправить жизнь этого человека, вот только исправлять уже нечего. И винить, пожалуй, тоже уже некого.

— Я рад, что отныне вы можете чувствовать себя частью общества. В вашем доме сейчас шумная вечеринка, не засиживайтесь, — детектив кивнул просиявшему Анри Бутену, дождался пока он встанет, чтобы оценить рост — как минимум на голову ниже штатного врача скрытой охраны общественного порядка! — и, развернувшись, зашагал прочь.

Оставалось проверить еще одну догадку.

Эпилог

— Думаю, именно так все и было, — закончил повествование Ян Николаевич Зяблицев, довольно пыхнул сигаретой, отхлебнул черную горькую жижу из чашки и, теперь уже более внимательно, присмотрелся к расписному глобусу в кабинете двойника Фабьена Нуаре де Поля.

— Это что же, карта расположения лифтов? — наконец догадался он.

— Вот как раз думаю, демонтировать их нафиг или пусть себе дальше стоят? — задумчиво протянул шеф.

Кроме них в кабинете никого не было, хотя неясное перешептывание и возня за дверью недвусмысленно намекали на присутствие там любопытных коллег. Наверняка Бао Кан хотел знать выдаст ли Ян заказчику его живодерские наклонности, Бун Хейг подслушивал не зайдет ли речь о его временном помешательстве, Лулу требовалось раз и навсегда разобраться с делом о сбежавшем отце, пока вновь проявившая чудеса телепортации Фотида Голуб просто совала свой длинный, но невероятно любознательный нос в каждую, даже самую малозначительную, интрижку.

Что касается господина Лурье, он наверняка организовал продовольственное снабжение, ведь закрытое совещание тянулось уже почти два часа.

— А вы успели добыть иглу? — удивился сыщик. — Я, конечно, не швея в седьмом поколении, но вот в таких местах, — он ткнул в жирную красную точку какого-то крупного города, слившуюся в единое пятно из россыпи крапинок, — ткань мироздания выглядит как решето. И чем бы вы не заткнули дырку, она все равно останется дыркой.

— Хотелось избежать лишней мороки, но вы чертовски правы, — вздохнул Фабьен.