Институт. Часть 4. Прыжок веры

— Эва Наделённая, — за неё объяснил Ярви. — Сенсорик. Она всегда знает, куда идти, и чувствует порталы... и всё такое.

— О, я этого не знал, — отозвался Рут радостно. — Полезное свойство для человечка. Так зачем ты меня звала? В следующий раз лучше используй зеркало. Мириам или Джесси тебя научат...

— Ты можешь перенести нас отсюда в Центр? — просипела Эва.

— В дом Профессора, — уточнил Ярви.

Рут кивнул, будто это было самое обычное дело.

— По счастью, да. В его дом есть хороший, надёжный путь. И он мне обычно рад — приятное разнообразие, знаете ли.

.. Вам лучше взять меня за руки.

Они сделали, как он велел, и спустя миг пронзительного, тошнотворного падения сквозь ледяную пустоту обнаружили себя стоящими в доме Профессора, посреди гостиной. Сам Профессор был тут же, удобно расположившись в своём любимом кресле с высокой спинкой, а напротив него, на диване, притопывая от нетерпения, сидел Нэш. Выглядели они оба так, словно собрались на какой-нибудь исторический фестиваль: на Нэше были крайне средневекового вида рубашка и штаны, а на Профессоре — коричневый плащ с капюшоном, который делал его похожим на старого алхимика с книжной картинки.

— Ну вот наконец и вы, — сказал он безмятежно.

— Ну да, — проворчал Нэш, наливая себе кофе в чашку, — и года не прошло. Где вас черти носят? Уже пять.

Учитывая, что в последний раз они виделись невесть как давно, это был, мягко говоря, неласковый приём. Эва почти уже заклокотала от возмущения, но Рут её опередил:

— О, это моя вина, — сказал он приятным тоном.

— Призыв был несколько... нетипичным, и я не сразу пришёл в себя.

— Узнаю малявку Тасааре, — буркнул Нэш, косясь на неё ехидно сощуренным глазом. — Всё через одно место...

Профессор выразительно откашлялся.

— Нэш имеет в виду твою склонность прибегать к более трудоёмким способам решения задач, игнорируя более простые, — деликатно пояснил он Эве и с хлопком соединил ладони. — Ну что, готовы присоединиться к костюмированной вечеринке?

Эва и Ярви обменялись недоумёнными взглядами, но на самом деле их согласия никто не ждал.

Нэш взял с дивана два свёртка и швырнул один из них Ярви, а другой — Эве. Это было нечто грубое, колючее, невнятных тёмных цветов, и пахло козьей шерстью и — довольно ощутимо — сырым овощным погребом.

— Это что, одежда? — спросил Ярви с отвращением.

Их вытянувшиеся лица изрядно развеселили Нэша.

— Что, твоё эстетическое чувство противится? — хохотнул он. — Надевайте живее.