Институт. Часть 4. Прыжок веры

Но пока у неё была роль, и Эва, изображая готовность, подбежала к грузовику.

— Ага, здорово! Что надо делать?

На лицах у парней были повязки от пыли. Один из них был повыше, с тёмными лохматыми волосами, а другой рыжий. У рыжего глаза были серо-зелёные, а у второго — чёрные, как смородинины. Но Эва постаралась не слишком их разглядывать, а смерила взглядом забитый под завязку грузовик.

— О, переезжает кто-то?

— Ага. Надо всё это барахло перетаскать на пятый этаж, а этот олух спину сорвал, — парень махнул рукой в сторону рыжего, и тот заворчал в ответ.

— Поможешь нам — получишь десятку. Идёт?

— Идёт!

— Ну и славно. Давай, взяли.

Эва взяла коробку, парень — другую, вдвое больше, и они вошли в подъезд. В коробке что-то зловеще позвякивало, и Эва изо всех сил старалась не оступиться, что было нелегко, учитывая, что ступенек ей было не видно.

— Слушай, — тихо сказал парень-грузчик у неё за спиной, едва они поднялись на один пролёт, — Грей знает, что я здесь, — мы с ним виделись, он мне ситуацию обрисовал.

Чином я не вышел, но у Крамера на хорошем счету... Шагай ты, шагай, — с досадой сказал он, потому что Эва от потрясения встала столбом прямо посреди лестницы. — Да, девчонка в тюрьме, и оба парня с ней. Они пока в Ледяных, в камеры их не перевели — сперва морально сломить хотят, понимаешь? В Ледяных для этого обстановка самая подходящая... но зато у нас есть шанс. Многого не обещаю, но сделаю, что смогу. С Профессором связываться слишком опасно. И что меня с Греем что-то связывает, никто не должен заподозрить — потому и маскарад. Пока Крамер ему доверяет, мы можем действовать... Да осторожнее ты! Не видишь, написано же: «Бьющееся»...

Они как раз добрались до площадки пятого этажа, и Эва здорово споткнулась. Парень сердито отобрал у неё коробку и поставил к двери. А Эва только таращилась на него, онемев, и сердце у неё билось через раз.

— Да шевелись, — прошипел парень и подтолкнул её к ступенькам. — Это, — продолжал он, на ходу сунув что-то маленькое ей в карман, — данные для Грея.

Передашь их ему... Спускайся же ты!

Эва спотыкалась, будто ноги ей больше не принадлежали. Ступенек она не видела, потому что смотрела во все глаза, как он сбегает вниз, чуть-чуть сутулясь, в дурацкой серой форме.

Рыжий встретил их у машины. Он не терял времени даром, и на тротуаре уже громоздилось несколько коробок и два пухлых стула.

— Что, тяжело, братец? — ухмыльнулся он, дружески ткнув Эву кулаком в плечо.

Они снова потащились с коробками в подъезд.