О носах и замка́х

Репортер поглядел на мальчика, сделал какие-то выводы на его счет и что-то записал в свой внутренний блокнотик.

– А вы, простите, каким боком к этому всему относитесь? – спросил он, сразу же уяснив, какие именно статьи привели сюда этих людей. – Вы… как их?.. праздношатающиеся, из-за-угла-выглядывающие, длинноносо-любопытствующие?

– Ни в коем случае! – отчеканил доктор Доу. – У нас есть предписание от господина комиссара Тремпл-Толл, в котором говорится, что мы уполномочены заниматься этим делом.

– Фу-ты ну-ты! – Бенни Трилби расхохотался.

– Вот ведь новость! Еще не было такого, чтобы флики являлись ко мне на порог с острым желанием поделиться сведениями!

– С вашего позволения, мы не флики, – ответил доктор. Этот человек нравился ему все меньше и меньше.

– Да уж. Вы та еще парочка: маленький констебль и его мрачный друг. Просто гроза преступности.

Лицо Натаниэля Доу оскорбленно вытянулось.

– Что ж, мистер Трилби, – сказал он, – теперь я понимаю, почему господа полицейские прежде не одаривали вас своим визитом.

Мы-то полагали, что вы не откажетесь от взаимовыгодного сотрудничества, но…

Он повернулся к племяннику и кивнул ему, тем самым сообщая, что их дела здесь завершены, но Бенни Трилби вскинул перед собой руки, останавливая их.

– Эй-эй! Поприкрутите-ка вентиль, дружище! Я ведь не говорил, что не стану с вами говорить.

– Так вы станете говорить?

Бенни пожевал губами и алчно сглотнул: «Гхлм!».

– Ну, вообще-то, – сказал он, – сперва вам стоит меня подкремить.

– Вы хотели сказать, подмаслить?

– Нет, не «подмаслить», а именно «подкремить».

Не люблю, знаете ли, масло, зато люблю заварные пирожные.

– Вы говорите в переносном смысле?

– Никаких переносов! Прямо сейчас!

Бенни вскочил на ноги и стряхнул с жилетки крошки (судя по всему, он что-то ел перед сном). Подхватив со стола кожаную сумку и очки со встроенным фотографическим аппаратом, нацепил последние на нос, из-за чего стал походить на здоровенную муху в галстуке-бабочке.

Доктор Доу был слегка сбит с толку. Он не ожидал от Бенни Трилби подобной резвости и перемены настроения.

– Чего влипли?! – широко улыбнулся репортер и сделал худшее, что только мог Натаниэль Френсис Доу себе представить – он хлопнул его по плечу. – Раз уж вы завели разговор о пирожных, не стоит терять время!

Сказав это, Бенни Трилби развернулся и потопал к лестнице.

– Шеф, я на обед! Заслуженный перерыв на отдых!

Господин редактор бросил ему вслед:

– А перерыв на работу сегодня намечается?

Но Бенни уже не слышал.