Шварцвальд. Чем дальше в лес

От скуки и от тревоги. Как переделал все домашние дела, ушел гулять. Надеялся, с рассветом и в голове прояснится.

– Так устал, что хватило сил на уборку? – подловил Людвиг, разжигая усмешку на губах, что тут же остыла до теплой улыбки. – Ты прости, должно быть, я испугал тебя. Мне просто послышалось имя, которое я давненько не вспоминал. Идем.

Вампир подтолкнул фейри к спецотделу.

– Чье это имя? – спросил Юрг, ныряя под ветви ясеня.

Людвиг замешкался, пропуская его в вестибюль, да так и не ответил.

– Явился, помойная крыса, – окликнул двойник Йофрида. Голос его морозил до корочки льда.

– И тебе доброе утро, – ответил Людвиг и сложил зонт. Юрг протянул руку, чтобы поправить ему волосы, но вампир поспешил наверх.

– Все продолжаешь ходить, хотя от тебя нет толка. Ты даже смерть собственного напарника расследуешь спустя рукава.

– Йофрид, не надо, – пролепетала Грета, робко касаясь его руки.

Людвиг замер, плащ на спине натянулся от напряжения. Вздох, усмешка, и вампир ответил:

– Как будто ты хоть что-нибудь нашел.

– Нашел, представь себе, – Йофрид обогнул его, толкая плечом.

Грета бросилась следом. Ее золотые волосы волнами струились по спине, будто никогда не знали ножниц. Аделина поднялась, смерив Юрга привычно-презрительным взглядом, закинула ремень «Бестиария» на плечо и прошла к лестнице. Людвиг по-прежнему стоял в вестибюле. Он опомнился и сделал шаг, но Юрг задержал его.

– Подожди, дай сюда, – Юрг потянулся к волосам вампира с щемящим дежавю.

– Спасибо, – сказал Людвиг. Он, как всегда, улыбался, но фейри ощутил солоноватый привкус сожалений. Он сморгнул и увидел в груди вампира голубой дым, густой, как от горевшей покрышки. Странное дело, хотелось всей грудью вдохнуть этот смог. Но фейри одернул себя, подхватил вампира под руку и повел наверх.

– Не переживай, ты ни в чем не виноват, вы просто не могли поймать Охотника без меня, поэтому я здесь, я сам с ним справлюсь, обещаю, – тараторил Юрг, а зонт бряцал о ступени.

Юрг завел Людвига в кабинет совещаний, и оба сели напротив карты Шварцвальда, пестрой от красных точек. Йофрид и Грета, как обычно, устроились к карте спиной. Кригер уже дремал во главе стола. Аделина сидела с торца, не хватало только банши. За дверью цокали каблуки.