Шварцвальд. Чем дальше в лес

Король покидает лес, парит над городами, недолго, сущие мгновения, будто не он летит, а планета вращается под ним, мерцают курганы, клубятся радужные облака, и вот уже король ныряет вниз, к терракотовым крышам, расцелованным лучами рассвета. Юриэль находит родной дом и пролетает сквозь стены. Родители спят не в обнимку, но уже не так враждебно, как прежде. Мама полураздетая лежит на спине, закинув руку на папину подушку, а сам отец, как обычно, кутается в одеяло до ушей, но сопит в мамино запястье. Юриэль витает над ними и улыбается.

Он потерял их, зато они обрели друг друга. Мысль сладкая, если ее едва распробовать, но стоит вкусить чуть больше, как отдает горечью. Он потерял их… Связи наполовину отмерли и потемнели – бывшему сыну нет места у семейного очага. Но нить к Йоргу на удивление пылает. Юриэль проверяет комнату и убеждается – все потому, что брат еще далеко. Где же он? С друзьями? Или на свидании?..

Мелькают дома, и Юриэль влетает в белую комнату с алыми занавесками. Йорг спит, так съежившись, будто кошка в клубке.

Связь у самого его сердца темнеет. Юриэль расстроен, будто могло быть иначе. Он смыкает крылья и опускает ступни на пол. Осторожно садится на краешек кровати. И обнимает брата. Ему всегда нравилось обнимать его. Потому что недоставало половинки фейри. А теперь недостает человека. Того, кто был лучшей его половиной. Юриэль чувствует тепло и запах лекарств. Йорг хмурится во сне. Грудная клетка едва движется, но вдруг раздувается, как кузнечные меха, и Йорг толкает тяжесть плечом. Юриэль поднимается. Йорг размыкает веки. Взгляд. Сонный, потерянный. Но вот зрачок сужается, взмывают ресницы, и вязкий вкус страха рвется из груди. Юриэль летит прочь. Он в светлом коридоре, двое подростков в пижамах проходят мимо. За следующей стеной студия, где рисуют дошкольники. Да что это за место? Король покидает здание, смутно знакомое. Небо застилает розовая перина заката.

†

Юрг проснулся, и казалось, его желудок намертво слипся от голода. Глаза пульсировали, перемежая миры. В ушах зудели напевы.

Юрг потянулся к ночнику, но тело не слушалось. Он задыхался. Король глотал воздух, будто пытался напиться песком в пустыне, пока не уступил своей природе и с жадным хрипом не вдохнул радужную дымку со всего трехэтажного дома. Буйство вкусов затопило носоглотку, нутро отживело, обмякло, и постель выпустила из плена. Юрг сел. В голове прояснилось. Напевы сменили невнятные голоса.

Юрг включил ночник, нащупал телефон, чтобы проверить время, но тот разрядился.